7.3 Дело в ФБР. Джим Моррисон: Жизнь, смерть, легенда

/ Просмотров: 97519

Джим Моррисон

Все, кто имел непосредственное отношение к Doors, окончательно спятили, узнав об отмене тура и огромных потерях выручки – кроме Джима Моррисона, у которого, казалось, камень упал с плеч. Случившееся лежало на его совести, но теперь он был свободен.

Джим собрал свои записные книжки и больше часа записывал на пленку поэмы и лирику в студии. Монтажером был Джон Хэйни – с начала года главный инженер по звуку в «Electra». Результатом этой сессии стали сорок произнесенных Моррисоном поэм, некоторые из них («Bird of Prey», «Under Waterfall», «Orange county») были исполнены Джимом а капелла, как если бы музыкальный аккомпанемент должны были записать позднее. Джим говорил, монотонно декламировал, пел кристально колокольным баритоном, читал записные книжки, соблюдая тщательно продуманный ритм, как если бы он репетировал это прежде, отшлифовывая до идеала. Некоторые предполагают, что те записи подразумевалось опубликовать, если Джим отправится в тюрьму за концерт в Майами. Части тех поэм в конце концов были адаптированы для использования участниками Doors, чтобы поддерживать образ Джима и после его смерти. Поэты и критики, слышавшие эти фантастические записанные на пленку эксперименты, соглашаются, что Джим разрабатывал новую американскую поэзию, созданную на очень высоком уровне, об успехе которой в печатной форме можно не беспокоиться.

ОГЛАВЛЕНИЕ 67


Нашли ошибку, напишите на admin@vavikin-horror.ru или в комментарии. Сделаем перевод книги лучше вместе :)

Сейчас главы выкладываются сразу в процессе перевода, в черновом варианте. После завершения перевода всей книги, текст будет окончательно вычитан и выложен в свободный доступ для скачивания в fb2 и др. форматах. Спасибо всем, кто уже помог с вычиткой!



7.3 Дело в ФБР

Когда завершилось шоу в Майами, в раздевалке почти не говорили о случившемся. Закончился еще один концерт, после которого Doors продинамили с гонораром. Группа даже перекинулась после шоу парой шуток с находившимися на службе копами, которые обеспечивали охрану сцены. Джим уже протрезвел и говорил о «Живом театре» и о том, что хочет изменить направление группы. Когда залл опустел, сброшенную одежду, нижнее белье и ботинки смели в середину, после чего образовалась куча высотой пять футов (1.52 метра). Дорожная команда Doors собрала усилители и подготовила для перевозки в Джексонвиль, штат Флорида, где 9 марта должно было состояться следующее выступление. 2 марта группа покинула Майами, чтобы отдохнуть на Карибах. Робби и Джон (с подругами), а так же Джим вылетели в Монтего-Бей на Ямайке. Их подвезли до арендованных жилищ: Робби и Джона в дом недалеко от Очо-Риос, Джима на виллу отставного британского майора, расположенную на холмах над городом.

Джим сразу возненавидел Ямайку и начал протоколировать безумные наблюдения в записной книжке. Если серьезно, то он никогда не чувствовал себя уютно в окружении чернокожих людей, а Ямайка в 1969 выглядела, как западноафриканская страна, с людьми, цвет кожи которых был чернее, чем он когда-либо видел. Разошедшийся с Пэм и сбитый с толку, Джим метался по колониальному дому в компании единственного молчаливого слуги. Когда он снимал трубку, то слышал гудки. Лакей скручивал для Джима косяки, размером с кукурузный початок. После пары затяжек Джим был почти парализован от страха и паранойи.

В ямайской записной книжке он писал: «Мне нужно покинуть этот остров, сражающийся за право не быть черным». Несколько дней он провел у бледно-бирюзового бассейна, наблюдая за огромными грифиндейками, которые не обращали внимание на его загорелое тело, словно он был мертвецом. Одинокий, напуганный и тоскующий по дому, он, по-видимому, работал над новой поэмой: «American Prayer» - долгая, эмоциональная элегия посвященная своей стране в окружении чудес и бедствий. «Америка, я пленен твоей спокойной белой неоновой душой… Я возвращаюсь домой / твой сын в изгнании / в стране Пробуждения…. Дайте нам час на волшебство».

Наконец Джим запаниковал и сбежал из главного дома. Пьяный, он нарисовался поздно вечером в арендованном доме Джона и Робби, решив зависнуть у них к ужасу Джона, поскольку Джим сразу заметил, что их подруги умирают от скуки. Он призвал девушек, Джулию и Линн, пойти с ним выпить в расположенные в отелях бары для туристов.

Тем временем в Майами возникли проблемы. Лари Махони был молодым репортером из «Miami Herald». Он учился в университете штата Флорида «FSU» в одно время с Джимом, и мог узнать его на концерте. Спустя два дня после прошедшего в Майами шоу, Махони начал писать подстрекательские статьи о появлении Doors, одна из которых предполагала, что Джим обнажился в «Dinner Key Auditorium». 3 марта в статье «Рок-группа не смогла поднять людей к бунту», Махони писал, что Джим глумился над правовыми нормами об ответственности за непристойное поведение, бесстыдно обнажался и подстрекал к бунту. «Многие из почти двенадцати тысяч подростков, включая тысячи старшеклассниц, сказали, что нашли показуху бородатого певца отвратительной… Моррисон появился на сцене, чтобы мастурбировать у всех на виду, выкрикивая непристойности и прилюдно обнажаясь. Еще он разозлился, сцепился с несколькими официальными представителями «Thee Image» и сбросил одного из них со сцены, перед тем как его самого швырнули в толпу».

Винс Тринор увидел эти статьи до того, как покинул Майами, и в смятении позвонил Биллу Сиддонсу. Оба они знали, что Джим не обнажал свое внушительное мужское достоинство во время выступления, поскольку пристально наблюдали за ним.

Следом за статьями Лари Махони развернул в прессе компанию против Doors, описывая в «Miami Herald» концерт группы как «оргазмический» обряд развращения. Он звонил исполняющему обязанности шефа полиции Майами и задавал репортерские вопросы. Он звонил прокурору округа Дейд, спрашивая: «Вы знали, что рок-звезда обнажился в «Кокнат-Гров» («Кокосовая роща» - район, примыкающий к центру Майами). Копы оправдывались, говоря, что были слишком заняты с двумя с половиной тысячами безбилетных фанатов снаружи, чтобы арестовать звезду выступления.

Досье ФБР касательно Джима Моррисона содержит отчет о шоу. Имя информатора остается засекреченным. Используя в качестве источника отчет Махони, информатор заявляет, что Джим обнажался. «(Информатор) заявлял, что способен провести расследование и гарантировал, что добьется ареста Моррисона по обвинению в непристойном поведении. Вопрос обсуждался с офисом прокурора штата Флорида, чтобы выяснить можно или нет обвинить Моррисона в более тяжком преступлении». 5 марта Махони сообщил, что у полиции есть ордер на арест Джима по обвинениям в непристойном обнажении и нарушении общественного порядка сквернословием. Эта статья строилась на заявлениях, что Джим обнажался. «Самозваный «Король оргазмического рока», как сообщают, изображал занятие мастурбацией и расстегнул свои штаны во время наполненного сквернословиями выступления». Говорят, что помощник окружного прокурора получил отчет от своего сотрудника, что Джим показал пенис, и что штат Флорида, в сложившихся обстоятельствах, поддерживает обвинения.

Все это было глупостью. Есть несколько профессиональных фотографов, освещавших тем вечером концерт, и тысячи любительских снимков. Единственный снимок, который хоть как-то напоминает непристойное обнажение, запечатлел Джима, где он стоит запустив одну руку в штаны, а другой тянется к своей промежности.

Но у Джима Моррисона были куда более серьезные проблемы, чем кто-либо мог себе представить. Официалы из ФБР и мстительного Белого Дома Никсона все еще верили, что Джим выступал с угрозами против параноидального Никсона. Печально известная операция ФБР «КОИНТЕЛПРО» (программа, направленная против «подрывной деятельности» и контрразведывательных операций) являлась в действительности нейтрализатором, иногда жестоким, критиков правительства и всех, в ком улицезрели врага. Они уже задергали Джона Леннона за его гневные заявления против политики Никсона. Бандитские обвинения и последующие полицейские угрозы Джиму Моррисону совпадают с тем, что удалось почерпнуть из подвергшегося цензуре, заведенного на Джима дела ФБР, свидетельствующего о том, что сам злобный, склонный к шантажу директор ФБР Дж. Гувер приложил руку к гонениям на Джима Моррисона.

Между тем выгодный тур Doors был отменен. Ассоциация управления концертными залами «CHMA» объявила, что от Doors следует держаться подальше. Их страховая компания отказалась от своих обязательств. Большие деньги, которые ожидалось получить в Джексонвилле, Питсбурге, Филадельфии, Провиденсе, Торонто, Детройте, Кливленде, Цинцинати, Бостоне, Буффало, Далласе, Хьюстоне и других городах тут же ускользнули из рук. Внезапно, почти мистически, Doors выкинули с радио, как если бы запретили их транслировать. Билл Сиддонс добрался до группы на Карибах, сказал им, что тур закончен, и предложил вернуться в Лос-Анджелес. Джима предупредили, что его могут арестовать, если он приземлится во Флориде, поэтому 8 марта он воспользовался рейсом до Нью-Йорка.

Президент Никсон послал письмо в поддержку «Rally for Decency» («Митинг за приличия»), проходившего 23 марта 1969 в Майами в «Orange Bowl», чтобы выразить протест поступку Doors. Архиепископ Майами присоединился к митингу вместе с местными образцами благопристойности: Джекки Глисон – страдающий ожирением алкоголик, выступающий на ТВ комиком, и Анита Брайант, бывшая мисс Америки, которая позднее потеряет общественную работу докладчика за негативные высказывания в адрес гомосексуалистов. Кейт Смит пела «God Bless America» на этом фарсе, где зрители заполнили половину громадного футбольного стадиона. Это стал черный день для так называемого безмолвствующего большинства Никсона.

Все, кто имел непосредственное отношение к Doors, окончательно спятили, узнав об отмене тура и огромных потерях выручки – кроме Джима Моррисона, у которого, казалось, камень упал с плеч. Случившееся лежало на его совести, но теперь он был свободен. Джим вернулся домой в Лос-Анджелес и встретился со своими адвокатами, пытаясь решить, что делать. Он продолжил отращивать бороду, набирать вес и не обращать внимания на одежду. Памела Курсон, возможно, сказала друзьям, что Джим признался ей, что сверкнул своей плотью в Майами. Она спросила его, почему он сделал это, и Джим сказал: «Душечка, я просто хотел посмотреть, как он смотрится в свете прожекторов». Возможно, это недостоверно, но Элмер Валентайн, владелец «Whisky», тоже заявлял, якобы Джим говорил, что возможно выудил свое достоинство из штанов.

Получив свободное время, Джим нашел себе новые занятия. Он издал поэму «Dry Water» в «Los Angeles Image» - журнале посвященном контркультуре. Как-то в марте (запись не датирована), Джим собрал свои записные книжки и больше часа записывал на пленку поэмы и лирику не то в студии «Electra», не то в «Sunset Sound». Монтажером был Джон Хэйни – с начала года главный инженер по звуку в «Electra». Результатом этой сессии стали сорок произнесенных Моррисоном поэм, некоторые из них («Bird of Prey», «Under Waterfall», «Orange county») были исполнены Джимом а капелла, как если бы музыкальный аккомпанемент должны были записать позднее. Среди записей были «Indians Scattered on Down’s Highway», секции из «American Prayer», две версии «Texas Radio», «Stoned Immaculate» и «Motel, Money, Murder, Madness». Так были записаны несколько фрагментов, позднее включенных в вышедшую посмертно поэму «Far Arden». («Arden» - это имя матери Уильяма Шекспира и «Арденский лес», созданный для комедийной пьесы «As You Like It»). Джим говорил, монотонно декламировал, пел кристально колокольным баритоном, читал записные книжки, соблюдая тщательно продуманный ритм, как если бы он репетировал это прежде, отшлифовывая до идеала. Некоторые предполагают, что те записи подразумевалось опубликовать, если Джим отправится в тюрьму за концерт в Майами. Части тех поэм в конце концов были адаптированы для использования участниками Doors, чтобы поддерживать образ Джима и после его смерти. Поэты и критики, слышавшие эти фантастические записанные на пленку эксперименты, соглашаются, что Джим разрабатывал новую американскую поэзию, созданную на очень высоком уровне, об успехе которой в печатной форме можно не беспокоиться.

Съемочная группа так же «закончила» тем месяцем «Feast of Friends». Пусть никогда и не представленный в виде полнометражного фильма – только грубый материал, полусюрреалистичный «Feast of Friends» великолепно передает безумную атмосферу вокруг Doors в 1968 году. Он был тут же представлен (Фрэнком Лисиандро) на нескольких важных американских фестивалях кино в 1969 году. (Отрезки этого фильма использовались в коммерческих видео Doors вплоть до 1985 года).

Джим, в основном, чтобы удержать съемочную группу вместе, тут же предложил перейти к следующему кинематографическому проекту – экспериментальному демо-фильму «HWY», базирующемуся частично на сценарии Джима «Hitchhiker». В конце марта 1969 он включил Макса Финка в новую съемочную группу «HWY Productions», который нанял верную свиту Джима: Феррара, Хилл и Лисиандро.

В течение пасхальной недели эта команда взяла «Mustang» Джима, плюс еще одну машину и начала снимать кадры, на которых Джим ловит попутку, ведет машину, покупает бензин, идет вдоль безлюдной магистрали в окрестностях Палм-Спрингс и в калифорнийской пустыне недалеко от Мохаве. Это была игра Джима в роли «Убийцы на дороге» - бродяги, одержимого жаждой убийства, которого он представлял, путешествуя автостопом по Флориде, когда был подростком. С неряшливой бородой и в шерстяной кофте, Джим смотрелся жутко непотребно и злобно. Он играл в матадора с машинами, проезжавшими мимо, голосуя, пытаясь остановить их. Эти грубые, дергающиеся кадры отснятой пленки были смонтированы в сценарий, согласно с которым предполагалось, что Джим уже убил владельца машины «Mustang» и направляется в город, твердо решив продолжать убийства.

После пустынной эскапады, шла серия Годара-подобных кадров, как машина въезжает в урбанистический Лос-Анджелес из унылой пустыни. Вечерний Лос-Анджелес был показан с крыши дома, захватывая в кадр неоновую вывеску «Phone Booth’s», сверкающую красным. Затем Джим был снят в своем настоящем доме – мотеле «Alta Cienega». Воспользовавшись платным телефоном, он позвонил Майклу Макклюру в Сан-Франциско. Макклюр не был предупрежден что идет запись, и что Джим говорит не всерьез.

Джим: «Привет. Как ты? Я только что вернулся в город… Лос-Анджелес… Я находился в пустыне какое-то время… Да, прямо посередине… Эй, слушай, друг, у меня тут серьезные проблемы. Видишь ли, когда я был в пустыне… Не знаю, как и сказать… но, э-э, я убил кое-кого… Просто, гм, этот парень подвез меня, и… он начал докучать, а я не смог это вынести, понимаешь? И я его умертвил… Вот».

Годы спустя Фрэнк Лисиандро спросил Майкла Макклюра о том телефонном звонке.

Макклюр: «Когда Джим говорил нечто подобное, я не особенно верил в это – хотя это и не было чем-то невероятным. (Я думаю) он хотел соединить мир кино и мир рок-н-ролла… Думаю, если бы он убил кого-то, то захотел бы рассказать мне об этом. Я был на девять-десять лет старше. Кажется, я сказал ему, «Успокойся. Попытайся понять, где ты находишься. Сохраняй равновесие». Думаю, он был действительно возбужден… (Я не знал), что звонок не шутка… Но Джим не был буйным».

Рэй Манзарек заявляет, что у Doors был конфликт с Джимом из-за его запоя на встрече группы в доме родителей Робби в пригороде Пасифик-Палисэйдс, где они работали над некоторыми песнями из «Soft Parade». В своих мемуарах Рэй писал, что все они сказали Джиму, что он пьет слишком много, и все выглядит так, словно он хочет убить себя. Согласно Манзареку, Джим признал проблему, просто и печально сказав: «Я знаю, что пью слишком много, Рэй. Я пытаюсь завязать».

Этого оказалось достаточно для Doors. Джим знал, что они хотят услышать эти слова. Поэтому он не завязал, продолжив бухать с Бэйбом Хиллом в Палмс.

Макс Финк – адвокат Джима из Беверли Хиллс, в конце марта связался с Федеральным Бюро Расследований касательно обвинения Джима в совершении уголовного преступления произошедшего на концерте Doors в Майами. ФБР привлекло федерального судью, чтобы выписать ордер на арест Джима, воспользовавшегося междуштатным перелетом, чтобы избежать ареста. Это был абсурд, потому что он покинул Флориду до того, как были зарегистрированы какие-либо обвинения, Флорида только 18 апреля объявила Джима скрывающимся от закона (ордер подписал губернатор Клод Р. Кирк Мл.). Финк понял, что кто-то в ФБР сильно хочет бросить Джима Моррисона за решетку. Ситуация была чрезвычайно серьезной и потенциально очень опасной для Джима.

4 апреля 1969 года, в пятницу или около того, Джим Моррисон и Макс Финк прибыли в лос-анджелесский офис ФБР, где Джима арестовали. По предварительной договоренности, власти США тут же отпустили Джеймса Дугласа Моррисона – сына, находящегося на военной службе адмирала, и главную рок-звезду – под залог в 5000 долларов.


7.4 Подлинное выражение радости


Оставьте комментарий!

Регистрация на сайте не обязательна (просьба использовать нормальные имена)

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Site4WriteAuth.

(обязательно)

Site4Write: сайты для писателей