7.4 Подлинное выражение радости. Джим Моррисон: Жизнь, смерть, легенда

/ Просмотров: 96529

Джим Моррисон

Джим неуверенно рассказал о многих своих интересах:

«Мне нравится писать песни или кусочки музыки – это просто подлинное выражение… радости. Полное – как торжество жизни, понимаешь? Как начало весны или восход солнца – что-то вроде этого. Просто подлинная, бесконечная радость. Я не думаю, что мы закончили. Такое чувство, что я в основном получил из этого (из музыки Doors) некий вид тяжелого, отчасти мрачного восприятия, понимаете? Как будто кто-то чувствует себя не в своей тарелке, нет покоя: встревожен многим, но ни в чем не уверен. Я бы хотел свалить туда, где чувствуешь себя, как дома».

Позднее Джим говорил, что восхищался поэтами, способными подняться и начать читать вслух. «Музыка дает мне чувство защиты, благодаря которому я могу выразить себя, а не быть блеклым».

Джим так же обоснованно говорил об истоках рок-н-ролла, как о смеси музыки чернокожих и блюза с пришедшей из Европы фолк-музыкой, которую он называл «заподно-вирджинские пьяные звуки». Когда его спросили о будущем, Джим в 1969 году интригующе предсказал появление техно-музыки, которое случится двадцать пять лет спустя: «Я представляю одного человека, окруженного множеством автоматической техники – записи, электронные установки, - поющего и говорящего, используя множество технологий».

ОГЛАВЛЕНИЕ 67


Нашли ошибку, напишите на admin@vavikin-horror.ru или в комментарии. Сделаем перевод книги лучше вместе :)

Сейчас главы выкладываются сразу в процессе перевода, в черновом варианте. После завершения перевода всей книги, текст будет окончательно вычитан и выложен в свободный доступ для скачивания в fb2 и др. форматах. Спасибо всем, кто уже помог с вычиткой!



7.4 Подлинное выражение радости

В западном Голливуде была чрезвычайно спокойная весна. Атмосфера была влажной и клаустрофобной. Концерты Doors запланированные на апрель 1969 отменили. Группа находилась в черном списке у «CHMA» - профессиональной ассоциации менеджеров концертных залов. Никто не хотел приглашать их. Участники группы остались без работы. Джим отсиживался, иногда с подругой, в мотеле «Landmark» на Фаунтен-Авеню.

Джим достал предварительный экземпляр сольного альбома Нила Янга «Everybody Knows This Is Nowhere», и слушал снова и снова. (Он сказал другу, что думает, будто «Cinnamon girl» написана о Памеле Курсон). Джим покупал кокаин. За этим делом многие видели его (и не один раз) в доме Стивена Стиллса в Лорел Каньон. Он читал сатирическую новеллу-протест Нормана Мейлера «Почему мы во Вьетнаме?» Он ссорился с Памелой, и тратил космические суммы на поддержание на плаву бутика «Themis». Он смотрел время от времени новости. Он ездил на своем черно-голубом «Mustang» в каньон Топанга и просто сидел в машине возле почты, пил пиво, смотрел, как меняется свет озаряющий горы, пялился на качающиеся титьки стриптизерш в «Phone Both». Он раздобыл предварительный сценарий кокаинового фильма Денниса Хоппера «Беспечный ездок», и написал в дневнике, что нашел фильм волнительным (хотя эту запись можно понять двусмысленно).

Как-то в полдень на бульваре Санта-Моника он подцепил восемнадцатилетнюю девушку по имени Ланна Элиот. Она отвезла его в типовой дом родителей за пределами долины, где Джим играл с ее младшими братьями в мяч «Wiffle» (полый тренировочный мяч для гольфа) и болтал с матерью в небольшой столовой. Фотографии этого визита запечатлели Джима с большой бородой, нарядно одетым и спокойным.

Тем временем «Soft Parade» добрался до звукозаписывающей студии. «Parade» был главным отчетом Джима о той эпохе, свидетельством его смешанных чувств экзальтации и отпадения существенной цели. Так же это стало последней эпической, состоящей из семи частей работой Doors, собранной Полом Ротшильдом из множества разрозненных записей. Все начиналось с «Когда я вернулся назад в семинарию», - вопль Джима, копирующий радио-проповедников юга и среднего запада США. «Станет ли это место мне убежищем?» стало проникновенным и трогательным акустическим переходом на «тихий приют», который превращался в «перечную мяту, мини-юбки» - быстрый джангл с двусмысленным императивом – «Возлюби соседа своего, пока жена его не вернется домой». Затем шла тяжелая рок-музыка, в которую Джим вклинивался: «Это лучшая часть путешествия… очень хорошо, да?» Группа переключалась на латинские оттенки, и Джим пел прекрасное, чрезвычайно волнительное заверение экзистенциального отчаяния:

Всю нашу жизнь мы трудимся и копим

Копая неглубокие могилы

Когда тяжелый проигрыш заканчивался, появлялась вставка где, Джим выкрикивал стихи ослепительного, разрозненного видения, названного «Horse Latitudes» - «Мягкая машина» Уильяма Берроуза и поэтическая проповедь отцов американской бит-культуры. Собранный Полом Ротшильдом из разрозненных записей «Soft Parade» стал элегией трагической атмосфере шестидесятых Сансет-Стрип и высочайшим эмоциональным итогом почти всего, что было связано с Джимом Моррисоном и Doors за последние четыре года.

27 апреля 1969 Doors вылетели в Нью-Йорк, где через два дня записали общественную телевизионную литературно-драматическую программу «Critique», продюсером которой был «Channel 13», и показанную на следующий месяц по сети «PBS». Семь записанных песен стали первым выступлением группы за два месяца. Джим появился почти инкогнито – с большой бородой, в темных очках, черных джинсах, в футболке, и с заметным пузом. Он выглядел отстраненно и, возможно, был пьян, мурлыкая «Tell All the People» и «Wishful Sinful», как Дино (Джеймс Дин?) на куалюде (наркотическое вещество). Импровизируя во время «Build Me a Woman», он зарифомовал «motherfucker» с «Sunday trucker» возможно желая отягчить обвинения в непристойном поведении, выдвинутые против него во Флориде. Doors хорошо отыграли «Alabama Song» и «Back Door Man», но Джим Моррисон ожил, только когда они преступили к «Soft Parade» и его творческому воплощению американских жизней, лишенных смысла. Джим кричал и позировал во время съемок офигенного видеоарта, ставшего одним из самых сильных задокументированных на пленке выступлений.

Группа вернулась на следующий день, 29 апреля, чтобы записать интервью для шоу. Сдерживающим фактором выступал местный куратор Ричард Гольдштейн, вызывая своим присутствием неприязнь группы к выступлению. Сидя перед инструментами, Джим прятал лицо за длинными волосами и черными очками, словно не хотел быть там. В основном говорили Рэй и Джон. Джим говорил только когда к нему обращался Рэй. Услышав вопрос о том, что собирается делать дальше, Джим неуверенно рассказал о многих своих интересах:

«Мне нравится писать песни или кусочки музыки – это просто подлинное выражение… радости. Полное – как торжество жизни, понимаешь? Как начало весны или восход солнца – что-то вроде этого. Просто подлинная, бесконечная радость. Я не думаю, что мы закончили. Такое чувство, что я в основном получил из этого (из музыки Doors) некий вид тяжелого, отчасти мрачного восприятия, понимаете? Как будто кто-то чувствует себя не в своей тарелке, нет покоя: встревожен многим, но ни в чем не уверен. Я бы хотел свалить туда, где чувствуешь себя, как дома».

Позднее Джим говорил, что восхищался поэтами, способными подняться и начать читать вслух. «Музыка дает мне чувство защиты, благодаря которому я могу выразить себя, а не быть блеклым».

Джим так же обоснованно говорил об истоках рок-н-ролла, как о смеси музыки чернокожих и блюза с пришедшей из Европы фолк-музыкой, которую он называл «заподно-вирджинские пьяные звуки». Когда его спросили о будущем, Джим в 1969 году интригующе предсказал появление техно-музыки, которое случится двадцать пять лет спустя: «Я представляю одного человека, окруженного множеством автоматической техники – записи, электронные установки, - поющего и говорящего, используя множество технологий».

Дебют «Американская молитва» – новая большой работы Джима, состоялся 1 мая 1969, когда Джим читал ее в колледже «Sacramento State» на поэтическом вечере, где центральной фигурой был Майкл Макклюр. (Два вечера спустя Джим появился в лос-анджелесском «Whisky» с Эрик Бёрдоном и блюзовой группой, исполнив три песни). Он продолжил улучшать поэму и прочитал ее снова в конце мая, приняв участие в идеалистической компании Нормана Мейлера за место мэра Нью-Йорка. Событие проходило в «Cinematheque 16» - небольшом голливудском проекционном зале, при участии Майкла Макклюра, Майкла Форда, Тома Бейкера и Мэри Воронов. Джим, нервозный и смущенный, читал «American Prayer» перед полуночным показом «Feast of Friends» и «Я, мужчина» Энди Уорхола. Робби Кригер тоже появился там, и они вместе с Джимом сыграли пару блюзовых песен, плюс песню Элвиса «I Will Never Be Untrue».

Ходили слухи, что Джим будет вести компанию в поддержку Мейлера в Нью-Йорке, но этого не случилось. «Я был заинтересован в непосредственной технике политической организации, - несколько недель спустя говорил Джим журналу «Rolling Stones», - а так же я думал, что Мейлер был бы хорошим мэром. Мейлер уже достиг значительного богатства и комплексных моральных принципов, и я думаю у него много творческих фантазий… Он анархист, он коммунист, он капиталист. Он муж, отец, любовник, консерватор, политик, герой, писатель, интеллектуал. Он добился куда больше, чем другие, кого я знаю… И мне нравилась его идея превратить (Нью-Йорк) в город-государство, потому что Нью-Йорк – это особенное место. У него должна быть некая разновидность политической независимости. Я уверен, что им пригодится любая возможная помощь, но я понятия не имел, что уже принимаю участия в компании».

***

Одной из работ Джима той весной было наблюдать за частной публикацией его киножурнала, написанного, пока он находился в «UCLA», и коллекции коротких произведений и поэм из его записных книжек. В этом ему помогал Майкл Макклюр, показавший ему некоторые частные публикации актера/писателя из Топанга Уоллеса Бермана. Материалы были отпечатаны секретарями Doors и переданы в «Western Publishing» - типография Лос-Анджелеса. Джим вычитывал и корректировал свои пробы сам за столом в офисе Doors. «Lords» были выпущены как связка вырванных страниц, находящихся в папке с выгравированным названием «Lords/Notes on Film». Поэмы «New Creatures» были переплетены между твердыми обложками из манильской бумаги с названием, выполненным золотым цветом. Оба издания в количестве сотни копий были записаны на Джеймса Дугласа Моррисона. Когда они прибыли из типографии, их сложили на углу стола Джима, а затем раздали друзьям и фанатам Doors. (Копии тех первых изданий, особенно подписанных Джимом, сегодня, появляясь на рынке, стоят тысячи долларов).

Майкл Макклюр дал несколько копий своему агенту, который отправил их редактору в «Simon & Schuster» в Нью-Йорке. Редактор тут же решил приобрести права на них и организовал публикацию в 1970. Джим Моррисон был в полном восторге, учитывая что переживал хроническую форму депрессии. «Это было началом, - писал он в своем дневнике, - «реальной» карьеры».


7.5 Рад жить в это время


Комментариев: 4 RSS

кликаешь на главу "Рад жить в это время" - выдает ошибку

Егор, перевод будет выложен в течении ближайшего времени. Как раз над этим работаю.

Оставьте комментарий!

Регистрация на сайте не обязательна (просьба использовать нормальные имена)

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Site4WriteAuth.

(обязательно)

Site4Write: сайты для писателей