Добро пожаловать в будущее. Главы 1-6

Добро пожаловать в будущее

Скачать ознакомительный фрагмент

Пролог

Мир мертв. Но мир не знает, что он мертв. Не помнит. Кто-то говорит, что виной всему был вирус, кто-то – глобальное потепление, кто-то винит правительство, развязавшее войну, кто-то пришельцев… Но все это теории. Правды в этом мире не знает никто. Не помнит. Как не помнит о том, что было после смерти. Воспоминания стерлись – реальные воспоминания. Остались догадки, сомнения, предчувствия, сны… Особенно сны. Мрачные, безнадежные. Они приходят нежданно, словно гигантские волны, разрушающие стены и города, уничтожающие все на своем пути. Не остается ничего. Лишь голый берег под звездным небом. Все остальное мертво. Пустыни жизни тянутся к горизонту. В опустевших городах гуляет ветер.

Все вокруг замерло… Замерло на земле. Лишь небо трещит по швам от переполнивших его жизней. Небо, которое не может принять сразу всех, не готово. Яркое, слепящее глаза небо. Так, по крайней мере, кажется во снах. И еще холод. Холод синего неба. Он проникает под кожу, прикасается к костям, рождая озноб. И никто не знает, сколько еще ждать. Очереди на небе бесконечны. Но небо дало трещину. Оно расползается под ногами человечества, лопается, звенит, словно разбитые стекла. И мир падает. Назад. На землю.

Свет, холод - все уходит. Остается прежнее, знакомое, но… Но что-то не так. Это первое, о чем думают те, кто пробуждается. Воспоминаний нет, но люди знают – что-то не так. Что-то изменилось. Изменился мир. Изменились они. Словно смерть стоит за спиной и можно ощутить ее зловонное дыхание. Словно их тела мертвы. Все их цели мертвы. Они видели свет. Видели Бога. Но их заставили забыть, стерли это из их сознаний, оставив только пережитые чувства и сны. Свет. Небо. Бог. Жизнь. Смерть…

Глава первая

Джонатан Бирс просыпается и долго неподвижно лежит на холодной земле, глядя в черное небо. Звезд нет. Ничего нет. Лишь холод. Машина сломалась сразу, как только Бирс свернул от изрезанного побережья вглубь страны. Что-то грохнуло в двигателе, глушитель выплюнул облако черного дыма – и все.

Бирс свернул к обочине. Попуток не было. Дорога ползла в горы, переваливала через них. В придорожной пыли извивалась киберзмея. В последние годы фауна мира становилась все более и более скудной. На смену жизни приходили машины. Ученые работали не покладая рук. Бирс знал, что ничего другого сделать нельзя, но привыкнуть к подобным переменам до сих пор не смог.

Киберзмея увидела чужака и зашипела на него. Внешне она почти ничем не отличалась от своего живого оригинала, но движения ее были менее грациозны – всего лишь механика. Киберзмея снова зашипела, сделала выпад, пытаясь прокусить высокие ботинки чужака. Яд заструился по черной коже. Бирс достал из кобуры кольт, прицелился, нажал на курок. Громыхнул выстрел. Пуля рассекла змею надвое, выбила сноп искр. Механические внутренности змеи вывалились наружу. Черная жижа растеклась маслянистым пятном. Бирс отвернулся раньше, чем конвульсии киберзмеи стихли. Он достал из машины походную сумку и пошел прочь.

День клонился к вечеру, но Бирс не боялся провести ночь под открытым небом. В этом краю не было хищников: ни живых, ни кибернетических. А людей Бирс не боялся. Страх притупился очень, когда он подростком работал военным фотокорреспондентом. Эта работа принесла ему славу и признание, научила не бояться людей. Научила не бояться смерти, потому что когда она на самом деле придет, никто уже не сможет сбежать от нее. Бирс видел это на полях сражений. И если надежда могла обмануть глаза, то от объектива камеры ей было не спрятаться – фотографии запечатлевали смерть, и Бирс мог поспорить с кем угодно, что в той войне была убита последняя надежда, остававшаяся у человечества. Надежда на спасение.

Когда началась ночь, Бирс сделал привал. Он находился на горном перевале. Небо было звездным и чистым. Бирс поужинал синтетическим вяленым мясом, запив его таким же синтетическим разбавленным спиртом, чтобы не замерзнуть ночью.

Сон пришел почти сразу. Сон, в котором умер весь мир и не смог поместиться на хрупком небе. Небо треснуло, и миру пришлось вернуться. Жизни полетели вниз. Бирс чувствовал это падение. Ветер свистел в ушах, слепил глаза. Затем был страшный удар, заставивший его открыть глаза, проснуться.

Ночь только начиналась, но Бирс больше не хотел спать. Черный город за перевалом, куда он шел, ожил, засветился. Сейчас он напоминал черный уголь антрацит, в котором нет благородства драгоценных камней, но в темноте он может сверкать и искриться, отражая свет.

Бирс долго наблюдал за жизнью этого далекого города, затем поднялся на ноги, собрал свои вещи и вышел на дорогу, идущую вниз.

Глава вторая

Колдуна зовут Хунган. Он танцует в такт бьющих барабанов, рисует круг возле магического шеста в центре хижины-хунфор. Собравшиеся люди молчат. На женщинах надеты белые платья, на мужчинах костюмы. В хижине душно и по черным лицам собравшихся людей катятся крупные капли пота.

- Папа Легба, отвори ворота, – затягивает на распев Хунган. – Папа Легба, отвори ворота и дай мне пройти. Отвори ворота, чтобы я смог возблагодарить лоа… - его голос четкий и громкий, как и бой барабанов.

Джонатан Бирс сворачивает с главной улицы грязного пригорода и подходит к хижине, где проводится ночная сантерия. Дверь в хижину открыта. Возле хижины сидит киберсобака, которая должна прогонять чужаков, но сейчас, запутавшись в тяжелой цепи, может лишь злобно рычать. Рычать, как машина.

Бирс проходит мимо собаки, открывает дверь и заглядывает в хижину. Хунган видит чужака, но не придает значения. Он достает из черного мешка тощего петуха и показывает собравшимся людям. По хижине прокатывается шепот. Бирс пытается понять, настоящий это петух или еще один робот. Смотрит внимательно, до боли в глазах, но ответа нет. Можно остаться и подождать, когда птице отрубят голову. Тогда все станет ясно. А в том, что петуха обезглавят, Бирс не сомневается. Он уже видел подобные ритуалы. Если все пойдет как запланировано, то скоро собравшиеся в хижине люди впадут в транс и будут верить, что на них нисходит благодать духов. Как-то раз Бирс видел, как подобная сантерия переросла в непристойные танцы и позже в групповую оргию. Вот только он уже не помнит, когда это было и в каком городе, в какой части земного шара. Прожитые годы смазали четкие грани минувшего, свалив большинство воспоминаний в общую груду ненужного мусора.

Разрозненная дробь барабанов становится сбивчивой. Толпа людей оживляется, начинает гудеть. В какой-то момент Бирсу кажется, что сейчас он станет свидетелем еще одного безумного непотребства, еще одной оргии, но Хунгану удается удержать свою паству в границах разумного. Сантерия достигает своего апогея и медленно начинает затухать.

Бирс не двигается. Стоит возле дверей на улицу и молча наблюдает за колдуном. За все время службы Хунган так ни разу и не взглянул в его сторону, но сомнений нет – он знает о чужаке.

- Ты ведь не веришь в вуду, - говорит он Бирсу, когда в хижине остаются они вдвоем. Говорит, не глядя в сторону чужака. – Но ты не боишься нашей веры. Ты знаком с нашей верой. Откуда? – Хунган подходит ближе. Он высокий и очень худой. – Кто послал тебя?

- Любопытство.

- Любопытство? – Хунган недоверчиво хмурится. – Боюсь, это очень жестокий и неблагодарный дух. От него не стоит ждать ничего хорошего.

- Мы с ним давно вместе.

- Но тем не менее когда-нибудь он убьет тебя.

- Я знаю.

- Это хорошо. – Хунган неожиданно заглядывает Бирсу в глаза. – Так ты хочешь найти здесь смерть? Или же… - он окидывает его с головы до ног внимательным взглядом. Видит фотоаппарат, электронный планшет для записей.

- Я журналист, – помогает ему Бирс.

- Журналист… И что ты ищешь здесь, журналист?

- Истории.

- Вот как? – Хунган снова окидывает его внимательным взглядом, трясет головой. – Нет. Я думаю, ты ищешь ответы. Как и все мы. Ответы на наши сны. Ведь так?

- Что ты знаешь о снах?

- Я знаю лишь, что в них смерть. Даже духи умирают во снах.

- Мир изменился.

- Это точно, – Хунган широко улыбается, показывая крупные белые зубы. – Мрак затянул жизнь. Не осталось ничего реального.

- Не совсем, – Бирс указывает ему глазами на обезглавленного петуха. Хунган снова улыбается.

- В этом мире все меньше и меньше остается жизни. Скоро духи покинут нас. Если, конечно, уже не покинули.

- Я думал, ты веришь в свои ритуалы.

- Когда-то верил… Как и ты.

- Я верил только в это, – Бирс показывает ему фотоаппарат.

- Но больше не веришь. – На лице Хунгана усталость. – Никто не верит. Лишь продолжают притворяться, что верят, но на самом деле все знают, что мы мертвы.

- Мы - что? – Бирс невольно вздрагивает.

- Мертвы. – Хунган поднимает тушку петуха, бросает его в кастрюлю, накрывает крышкой. – В наших снах. Мы ведь все видим именно это.

- Я не знаю, что я вижу. Все очень…

- Странно? – помогает Хунган и снова улыбается. – Еще более странно, чем то, что ты видишь здесь?

- Я видел и более дикие сантерии, чем эта.

- Я знаю. Это написано на твоем лице. Как твои вопросы, на которые нет ответа. Ты знаешь, что нет. Все знают. Но все приходят сюда.

- Я пришел сюда…

- Случайно? – снова помогает Хунган и громко смеется. В хижину заглядывает его помощница Унси, вместе с которой они рисовали ритуальный круг возле магического шеста, дабы отогнать злых духов.

Девушка проходит мимо Бирса, окинув его недовольным взглядом. Хунган обнимает ее за плечи, пытается поцеловать. Девушка отстраняется. Ее глаза суетливо бегают по комнате, стараясь отыскать, куда делась тушка петуха. Хунган указывает на кастрюлю. Девушка улыбается, подставляет губы для поцелуя, достает нож и начинает разделывать петуха.

- Вот видишь, - говорит Хунган Бирсу, вытирая рот после поцелуя с Унси. – Все мы ищем ответы. – Его смех прокатывается по хижине, в руках появляется курительная трубка, пучок табака. – Верно. Табак настоящий. Как и петух, - говорит Хунган, видя растерянность на лице Бирса. – Земля дает урожаи, если верить в ее силу, если не пытаться стать ее хозяином. – Он раскуривает трубку, делает несколько глубоких затяжек, передает Бирсу, внимательно наблюдая за тем, как он курит. – Знаешь, незнакомец, а ты мне нравишься, – заявляет он.

- Джонатан. – Бирс выпускает густой дым к потолку. – Мое имя Джонатан Бирс.

- Значит, ты мне нравишься, Джонатан. – Хунган берет у него трубку, предлагает остаться на ужин. – Тебе ведь некуда идти? А петуха нужно съесть.

- Давно не ел настоящего мяса. – Бирс достает из походной сумки бутылку с синтетическим спиртом, протягивает своему новому знакомому.

Хунган зовет девушку у плиты, ждет, когда она обернется, и бросает ей бутылку. Унси ловко ловит ее, читает этикетку, оживляется, достает стаканы.

- Думаю, дух Дамбала живет в каждом из нас, - говорит Хунган своей помощнице. Она согласно кивает, наливает в стаканы воду, разбавляет спиртом.

Хунган снова смеется, ждет, когда девушка поднесет ему стакан, и бьет ее наотмашь по лицу. Она вскрикивает и падает на колени. Хунган смеется громче.

- Не смей пить вместе с нами! – говорит он своей помощнице.

Бирс смотрит на него, на девушку. Гнев поднимается в груди, заполняет сознание. Он шагает вперед и хватает Хунгана за горло. Хунган хрипит, но продолжает ухмыляться.

- А как же ужин? – спрашивает он. Бирс не отвечает.

Унси поднимается на ноги. На разбитых губах блестит кровь. В глазах пустота. Бирс встречается с ней взглядом и невольно разжимает пальцы. Хунган снова смеется. Девушка возвращается к плите. Вода в кастрюле закипает. Пахнет вареным мясом.

- Не сопротивляйся своим чувствам, - говорит Бирсу Хунган. – Делай то, что хочешь сделать. Позволь своим духам вести себя. – Он берет Бирса за руки, прижимает их к своему горлу. – Ну же!

- Нет, – Бирс отступает.

- Убей меня. – Хунган поднимает руку. На открытой ладони блестит белый порошок. – Убей меня, или я убью тебя.

Он делает глубокий вдох. Его большие глаза наливаются кровью. Время замирает на мгновение, затем белая пыль срывается с ладони Хунгана, окутывает Бирса белым облаком и лишает сознания, принося тьму.

Глава третья

Тени. Мано видит, как они оживают за окном, двигаются, перешептываются.

- Какой же он тяжелый! – бормочет Хунган, поднимая Бирса по лестнице. – Почему все белые весят больше, чем кажется на глаз?

- Я не знаю. – Его помощница Унси спотыкается и едва не падает.

Мано узнает колдуна и спешно отходит от окна, задергивает занавеску.

- Кажется, твой сосед наблюдает за нами, - говорит Хунган. Унси следит за его взглядом до окон Мано, улыбается, спешно трясет головой.

- Можешь не опасаться его.

- Почему ты думаешь, что его должен опасаться я? – Хунган оскаливается в жалкой пародии на улыбку. Унси притворяется, что ничего не заметила.

Они поднимаются в ее квартиру. Она открывает дверь. Хунган укладывает Бирса на кровать.

- Ляжешь с ним, когда он проснется.

Унси кивает.

- И накорми его утром. – Хунган выкладывает на стол половину вареного петуха.

Унси снова кивает. Он манит ее к себе, целует взасос. Она отвечает на поцелуй с монотонностью машины. Обнимает его за шею, прижимается к нему.

- Не сегодня, - говорит Хунган.

Он уходит, оставляя ее одну. Унси раздевает Бирса, укрывает одеялом и долго сидит рядом, наблюдая, как он спит.

Когда начинается рассвет, она раздевается сама и ложится рядом с чужаком, обнимает его, прижимается к нему. Сон приносит темноту и покой. Ей снится синее море и белые паруса. Ей снится край Вселенной, к которому она плывет на собственном корабле. Стоит у штурвала и направляет корабль в бездну. И слышно, как грохочет вода, летящая в пустоту. Рыбы возле корабля плывут против течения, пытаясь спастись. Но паники нет. Унси готова к смерти. Как готова команда. Они стоят на корме и смотрят вдаль. Еще пара мгновений - и этот мир закончится. Унси чувствует, как дрожит корабль. Доски трещат. Ветер срывает паруса. Они достигают края Вселенной и летят вниз. От чувства падения немеет все тело. Унси пытается сделать вдох, но не может. Ей остается лишь ждать, когда корабль достигнет дна и разобьется, но падение, кажется, будет продолжаться всю оставшуюся жизнь. Унси вспоминает плывущих от бездны рыб и думает, что ей следовало поверить им, попытаться спастись. Но сейчас уже поздно пытаться что-либо исправить. Сейчас можно только ждать и корить себя. Унси пытается сдержать стон разочарования, но не может. Ее команда слышит этот стон, оборачивается, смотрит на нее, видит ее отчаяние и стонет так же, как стонала она. Стонет все громче и громче.

Унси просыпается. Яркое солнце светит в окна. Бирс рядом. Его глаза открыты. Он смотрит на нее, изучает. Она лежит у него на груди. От него пахнет потом и пылью, но ей нравится этот запах. Унси встречается взглядом с чужаком и улыбается ему. Он улыбается в ответ, хмурится, спрашивает ее имя.

- Унси, - говорит она, решив, что в прошлую ночь он вдохнул слишком много волшебного порошка Хунгана.

- Я имею в виду твое настоящее имя. – Бирс заглядывает под одеяло, желая убедиться, что на них действительно нет одежды.

- Все называют меня Унси.

- Но ведь ты не всегда была помощницей Хунгана, не всегда была Унси.

- Не всегда. – Она снова ложится ему на грудь. Он обнимает ее. Руки у него грубые, но теплые. Унси чувствует шероховатость его кожи, чувствует мозоли. – Вчера ты заступился за меня… Почему?

- А почему ты разрешаешь ему бить себя?

- Потому что он заботится обо мне, о моей семье.

- Надеюсь, ты понимаешь, что он шарлатан?

- Для нас он Хунган. А ты – чужак.

- Это он велел тебе лечь со мной в постель?

- Да.

- Почему?

- Ты напомнил ему того, кто жил в этой квартире прежде.

- Жил с тобой?

- С моей сестрой.

- И что с ним стало?

- Он умер. Убил себя. – Унси вытягивает руку, указывая на дверь. – Там, в ванной.

- Почему же ваш Хунган не спас его?

- Он спас мою сестру, изгнал из нее дух Дамбала.

- Изгнал так же, как изгонял его вчера из тебя?

- Ты просто чужак, - настырно повторяет Унси.

- А ты все еще не назвала мне свое имя.

- Я слишком плохо тебя знаю.

- Хорошо, давай познакомимся. – Бирс поворачивается к ней лицом. – Я Джонатан.

- Я знаю. Но это ничего не меняет. – Ее рука скользит по груди Бирса, ниже. – Ты возбужден.

- Я знаю. – Бирс смотрит ей в глаза. Она улыбается, ложится на спину.

- Вот, значит, как? – Бирс подминает ее под себя.

Унси не сопротивляется, наоборот, сама поднимает бедра ему навстречу. Бирс прижимается к ней. Она обнимает его за шею, закрывает глаза.

- Это Хунган велел тебе заняться со мной сексом? – спрашивает Бирс.

- Нет. Этого я хочу сама.

- Хорошо. – Бирс поднимается на локтях, изучает ее лицо. Унси знает, что он смотрит на нее, но не открывает глаза.

Когда все заканчивается, Бирс снова спрашивает ее настоящее имя.

- И не говори теперь, что мы чужаки. Я обладал твоим телом.

- Тело можно вылечить. Душу – нет, - говорит Унси.

- Я не верю в вуду.

- Зачем же тогда вчера ты пришел к нам?

- Я шел не к вам.

- Это ты так думаешь, – Унси улыбается, не открывая глаз.

- Не хочу спорить, - ворчит Бирс, поднимается с кровати. Шуршит одежда.

Унси поворачивается на бок и смотрит, как он одевается. Ей нравится его тело: крепкое, крупное. Кожа загорелая. Его юность осталась далеко позади, а старость прячется где-то за холмами.

- На столе вареный петух и вода. Поешь, перед тем как уйдешь, - говорит Унси. Бирс кивает, садится за стол. Мясо холодное, но настоящее.

- Давно не ел ничего подобного, - признается Бирс. Унси улыбается. Он предлагает ей присоединиться. Она отказывается.

- Это моя благодарность тебе за твою любовь.

- Ты же сказала, что это всего лишь тело.

- Тело тоже нуждается в любви. – Унси снова улыбается, говорит, что ей нравятся мужчины с хорошим аппетитом. Бирс пожимает плечами, одевается, уходит.

Она слышит, как хлопает дверь, подходит к окну и смотрит, как чужак спускается по лестнице, идет по улице. Смотрит до тех пор, пока чужак не скрывается за поворотом.

Глава четвертая

Все улицы города начинаются в центре, в замке лорда Бондье, и тянутся прямыми лучами во все стороны света. Сам замок стоит на горе, вздувшейся, словно нарыв на гладкой коже. Его высокие стены сложены из черного камня, блестящего в лучах яркого солнца. За этими стенами видны шпили высоких башен, уходящие в синие небо. Ворота открыты. Электронная система проверки всех входящих работает исправно, исключая необходимость в охране. Бирс часто видел подобные меры защиты. Сейчас его просканируют, уточнят кто он, откуда, заберут оружие, необходимое при путешествии…

- Мне назначена встреча, - говорит он, желая облегчить машине процесс идентификации. – Я Джонатан Бирс. Я журналист. Я здесь, чтобы встретиться с лордом Бондье.

Сканирующий луч заканчивает свою работу, рисует голограмму замка, указывает маршрут.

- Я все понял, - говорит Бирс.

- Вам присвоен номер 18245. И мы наблюдаем за вами, - говорит проецируемый в мозг голос. – Если вы заблудитесь, то сообщите нам, и мы снова укажем вам маршрут.

- У меня хорошая память. – Бирс входит в ворота.

Его окружает жизнь внутреннего города: шумная, пестрая, не имеющая на первый взгляд ничего общего с жизнью внешнего города. Если не считать улиц, которые прямыми лучами тянутся вверх, к замку лорда. На одной из таких улиц Бирс встречает отряд законников. Они передвигаются в энергетических колесах, в центре которых находятся похожие на седла кресла. Рядом бегут железные киберпсы, которых не потрудились сделать хоть немного похожими на живых. Они клацают металлическими зубами и бросают злобные взгляды черных электронных глаз. На каждого законника приходится по паре псов. Они несутся по улице, заставляя торговцев и просто прохожих спешно разбегаться в стороны. Железные псы грохочут следом. Одно из энергетических колес сбивает лоток с горячими пирожками, которыми торгует толстая, еще молодая женщина, и печево летит в разные стороны. Женщина грязно бранится, грозит законнику кулаком. Его энергетическое колесо во время столкновения вспыхивает ярким переливом цветов, которые не может затмить полуденное солнце.

На следующей улице Бирс встречает повозку с женщиной из замка. Повозка парит над мостовой, управляемая кучером в черной маске, скрывающей лицо. Волосы у кучера длинные, вьющиеся. Тело хрупкое. Бирс встречается с ним взглядом и решает, что правит повозкой, скорее всего, женщина. Из самой повозки раздается громкий женский смех. Герб на двери повозки изображает двух вцепившихся друг в друга орлов. Такой же герб, принадлежащий лорду Бондье, и на воротах внутреннего города.

Бирс провожает повозку взглядом, удивляясь, что женщины из замка катаются без охраны. Или же охрана есть, просто он достаточно невнимателен? Бирс оглядывается. Десяток охранников в одежде горожан идут за повозкой, стараясь не привлекать к себе внимания. Возможно, об этой охране не знают пассажиры повозки. Возможно, эту охрану не замечают и сами жители города, но для чужака, такого как Бирс, все очевидно. Эти люди, охранники, они слишком настоящие, слишком похожи на местных жителей, торговцев, зевак, праздно слоняющихся повсюду. К тому же сами их движения… Бирс хмурится, вспоминая киберзмею, которую встретил недалеко от внешнего города. Такие же, пожалуй, и охранники – слишком настоящие и слишком правильные. Они двигаются по выверенной траектории. В них нет хаоса произвольности, случайности. В них читается программа, логика машины. Бирс пытается запомнить их лица, но не может – все они слишком обыденные, почти безликие, словно сон, где ты видишь незнакомцев и не можешь разглядеть их. Бирс провожает охранников взглядом до тех пор, пока они не скрываются за поворотом.

- Вы заблудились? Вам нужна помощь? – спрашивает голос из пустоты. Бирс вздрагивает, вертит растерянно головой.

- Неместный, да? – подмечает дряхлый старик, наблюдающий за ним последние минуты. Он сидит на деревянной скамейке возле витрины книжного магазина и, вытянув худые ноги, позволяет солнцу греть ему ступни.

- Вы видели повозку из замка? – спрашивает Бирс. Старик кивает. – А охранников, которые идут за повозкой, видели?

- Я стар и вижу многое, - уклончиво говорит старик. Бирс кивает.

Старик предлагает ему купить книгу. Кожа старика черная, как деготь, лицо морщинистое, покрытое бурыми пятнами. В больших глазах усталость.

- Вы ведь фотограф, да?

- Журналист.

- Пришли написать о нашем городе?

- Надеюсь.

- Ну, если вас сюда пустили, значит, у вас есть шанс.

- У меня назначена встреча с лордом Бондье.

- У всех назначена с ним встреча. Какой номер вам дали при входе?

- 18245.

- Долго придется ждать, – старик подмигивает новому другу. – Поэтому вам просто необходима хорошая книга. – Бирс качает головой. – Тогда хороший костюм, – не унимается старик. – Или же вы собираетесь появиться перед лордом Бондье в этих пыльных обносках? – он окидывает Бирса презрительным взглядом. – На ваше счастье, моя внучка шьет неплохие костюмы. Она сейчас в магазине. Пройдите к ней и спросите, чем она сможет помочь.

- Боюсь, мне не нужен новый костюм.

- Тогда попросите ее привести в порядок тот, который на вас. – Старик заискивающе заглядывает Бирсу в глаза. – Не сочтите меня назойливым, но вам правда нужно привести себя в порядок перед встречей с лордом. – На чернокожем старческом лице появляются страдания. – Будет не очень хорошо, если…

- Я все понял, – сдается Бирс и проходит в магазин.

- Мою внучку зовут Розмари! – кричит старик.

Дверь за спиной закрывается. Бирса окутывает запах старых книг. Девушка за стойкой отрывается от чтения и смотрит на вошедшего. Она высокая и худощавая. Ее кожа кажется не такой черной, как у ее деда или как у Унси. Глаза большие. Нос неестественно узкий для местных жителей.

- Хотите купить книгу? – спрашивает она Бирса.

- Ваш дед сказал, что вы можете помочь с костюмом.

- Ах, с костюмом… - на ее лице появляется усталость. Она откладывает книгу, выходит из-за прилавка, окидывает Бирса внимательным взглядом. – Хотите купить новый костюм или привести в порядок тот, который на вас?

- Если честно, то просто не хочу обижать вашего деда, – признается Бирс.

- Понятно.

Розмари помогает ему снять с плеч походную сумку, предлагает пройти в соседнюю комнату. Запах книг сменяется запахом пыли. Бирс заходит за ширму, раздевается. Розмари берет у него костюм, раскладывает на столе, проверяет карманы, зашивает несколько разошедшихся швов.

- Вы пришли издалека? – спрашивает она Бирса, бросив его костюм в стиральную машину.

- Как вы догадались?

- Вы белый.

- Ах… Ну да.

- Принести вам кофе?

- Не откажусь.

- Хорошо. – Розмари встречается с ним взглядом, улыбается, выходит из комнаты.

В неожиданной тишине слышно, как жужжат жирные мухи, бьются о грязные оконные стекла. Бирс выходит из-за ширмы, оглядывается, слышит, как открывается дверь, и снова прячется за ширмой. Розмари возвращается с чашкой горячего кофе и машиной для снятия отпечатков сознания.

- Покажите мне ваш город? – просит Розмари.

- Я не использую эти машины, – Бирс решительно качает головой. – Мне не нравится, когда кто-то копается в моих воспоминаниях, особенно когда проживают то, чем я не хочу делиться.

- У вас есть много тайн?

- У меня есть много личной информации.

- Тогда ничего страшного. Я не стану смотреть то, что не касается вашего города. – Розмари с надеждой заглядывает Бирсу в глаза, читает в них «нет» и тяжело вздыхает. – Тогда хотя бы просто расскажите мне о своем городе. Там все белые?

- Нет.

- Значит, все дело в том, что вы особенный?

- В моем городе живет много разных людей.

- Но вам там не нравится?

- Почему вы так решили?

- Потому что вы пришли сюда.

- Я пришел сюда, потому что меня пригласил лорд Бондье.

- Чтобы делать фотографии? – Розмари бросает короткий взгляд на оставленный на спинке стула фотоаппарат.

- Чтобы писать статьи о вашем городе. Лорд Бондье говорил в своем письме, что здесь нет прессы. Это правда?

- Думаю, да. Но вам лучше спросить моего деда. Я не особенно интересуюсь этим.

- Только книги?

- А вы наблюдательны.

- Это моя работа.

- Очень интересно. – Розмари как бы невзначай заходит за ширму, окидывает Бирса внимательным взглядом. – Вы очень похожи на героев из старых книг. Вам нравятся старые книги?

- Некоторые.

- Это хорошо. – Она слышит сигнал, что стирка закончена, поджимает полные губы, возвращается к стиральной машине, достает костюм Бирса. – Уверены, что не хотите заказать новый? Я могу сделать это за полцены.

- Ну, если за полцены… - Бирс видит, как блестят черные глаза Розмари, и улыбается. Она улыбается в ответ и говорит, что не замужем. – Вам нужно снять с меня мерки? – спрашивает Бирс.

- Мерки? – Розмари смущается, вспоминает про костюм, снова смущается, делает нужные измерения, записи. – Думаю, костюм будет готов к вечеру, - спешно говорит она, словно боясь, что Бирс уже никогда не вернется. – Я буду ждать вас. Не забудьте.

- Постараюсь, - обещает Бирс.

Глава пятая

В приемной лорда Бондье тихо и свежо. Бирс ждет аудиенции уже второй час. Сидит на жестком стуле и пытается не обращать внимания на ставший узким и неудобным после стирки костюм.

- Вас что-то беспокоит? – спрашивает секретарша.

Она среднего роста, с короткими волосами, выкрашенными в ярко-рыжий цвет, и белой, бледной кожей. Это первый белый человек в этом городе, которого встречает Бирс. Поэтому девушка нравится ему.

- Налить вам что-нибудь выпить? – неожиданно предлагает она.

- Почему бы и нет.

- Хорошо, – секретарша улыбается, идет к мини-бару у дальней от окна стены. – Меня зовут Ханна.

- Ханна? – Бирс берет стакан с синтетическим алкоголем. – Вы пришли издалека, Ханна?

- Когда-то мои родители пришли издалека. – Она встречается с ним взглядом и снова улыбается. – А вы, значит, теперь тоже застряли здесь?

- Застрял?

- Ну, ваша работа…

- Вы знаете, зачем я здесь?

- Мы многое знаем, – Ханна хмурится. – Скажите, а там, откуда вы пришли, люди тоже видят странные сны?

- Какие сны?

- О смерти, – Ханна смущается, опускает глаза. – Здесь многие видят эти сны, а там, откуда вы пришли?

- Я не знаю.

- Вам не снятся сны?

- Мне снятся, а насчет других я не знаю.

- Тогда скажите, какие сны снятся вам.

- Странные.

- Значит, причина не в нашем городе?

- О чем это вы?

- О мире. Все стало другим. Иногда мне кажется, что раньше было лучше, а сейчас…

- Вам не нравится ваша работа?

- Дело не в работе. – Ханна смотрит Бирсу в глаза. – Давайте сделаем отпечаток наших сознаний и сравним сны, которые мы видим. Здесь я уже делала это несколько раз, и сны были почти одинаковыми. Как думаете, что будет у нас с вами?

- Я не буду делать отпечаток своего сознания.

- Вам есть что скрывать? Не бойтесь. Я умею хранить тайны.

- Дело не в тайнах.

- Тогда в чем? – Ханна окидывает его каким-то странным, оценивающим взглядом. – Все это делают. Почему отказываетесь вы? Хотите быть особенным?

- Мне просто не нравится, что кто-то будет видеть все мои мысли и чувства. – Бирс подходит к окну. Синтетический алкоголь не имеет вкуса, но вызывает тошноту.

- Почему вы не пьете? – спрашивает Ханна.

- Я пью, – Бирс ставит пустой стакан на стол.

Ханна возвращается на рабочее место, молчит, изредка бросая на своего нового знакомого косые взгляды. Синтетический алкоголь успокаивает, и Бирс, закрыв глаза, пытается заснуть.

- Вас вызывают, - говорит секретарь, прогоняя дремоту.

Бирс поднимается на ноги. Ханна улыбается, указывая на дверь. Бирс кивает, входит в кабинет. Он никогда прежде не видел лорда Бондье, и лорд представляется ему высоким и хорошо сложенным охотником. Стол лорда стоит возле окна, за которым светит яркое солнце. Бирс щурится. Лорд выглядит выше и стройнее, чем представлял себе Бирс. У него широкие плечи и жесткое, словно вырубленное из черного гранита, лицо.

- 18245? – спрашивает лорд Бондье.

- Джонатан Бирс, если не возражаете.

- Возражаю. – Лорд поднимается из-за стола. – 18245 мне нравится больше. К тому же я не хотел, чтобы вы приходили в мой город. Вы не нужны нам и никогда не оказались бы здесь, если бы судья Амал не настоял на необходимости прессы в нашем городе. Он сказал, что пресса – это символ перемен. Вам все понятно, 18245?

- Вполне. – Бирс выдерживает тяжелый и надменный взгляд лорда.

Лорд Бондье подходит к окну и, стоя к Бирсу спиной, говорит, что секретарь покажет ему новое рабочее место.

Глава шестая

Типография находится в одной из башен замка. Старая типография, затянутая паутиной, покрытая плесенью и пылью. Бирс видит пожелтевшие листовки, разбросанные по полу. Видит разодранное кресло за громоздким столом, высокие, узкие окна от пола до потолка. Видит плакаты на каменных стенах, старые печатные машины, банки с краской…

Он продолжает оглядываться, игнорируя девушку возле одного из окон. Она среднего роста, стройная. Черная кожа кажется гладкой словно шелк. Волосы чуть ниже плеч. Зубы крупные и белые. Она улыбается Бирсу, говорит, что ее зовут Брина и что судья назначил ее помощницей журналиста. Бирс кивает, смотрит на старые печатные станки.

- Я так понимаю, ты умеешь ими пользоваться? – спрашивает он Брину. Она качает головой. – Я почему-то так и подумал.

- Но я быстро учусь, – Брина улыбается. Она подходит к Бирсу, берет его за руку и ведет к столу. Он видит машину для снятия отпечатков сознания.

- Ничего не выйдет, - говорит он.

Брина растерянно хлопает глазами.

- Но так ведь будет лучше для всех, - говорит она.

- Придется учиться, как учился я.

- А вы разве не пользовались машинами для снятия отпечатков сознания? Вы не выглядите настолько старым, чтобы постичь знания самостоятельно…

- Если хочешь помочь мне с типографией, то лучше помоги прибраться.

- Думаете, я ищу легкие пути?

- А разве нет?

- Нет. – Брина снова берет его за руку. – Не будьте скрягой. Поделитесь со мной своими знаниями, а я поделюсь с вами своими. Вы увидите, я очень общительный и добродушный человек. Обещаю, после того, как поделимся с вами отпечатками сознания, между нами сразу зародится дружба. Может быть, не только дружба. – Она смолкает, смотрит Бирсу в глаза, ждет. Рот ее слегка приоткрыт. Взгляд томный. На лице играет едва заметная улыбка.

- Пошла вон, - тихо говорит Бирс.

- Что, простите?

- Ты больше не моя помощница, – Бирс указывает на дверь.

Брина хмурится, пытается спорить, но Бирс уже не слушает ее. Он сбрасывает со стола ненужный хлам, разбирает свою походную сумку. Брина все еще спорит. Он открывает окна, изучает старые печатные станки. Брина ходит за ним следом, спорит.

- Ну хватит с меня! – теряет терпение Бирс.

Он берет Брину за руку, выводит из типографии и закрывает дверь. Она стучится и требует позволить ей войти, затем стучится и просит, потом просто просит и наконец смолкает. Бирс слушает, как удаляются ее шаги. Каблуки стучат по каменным ступеням. Ноги стройные и длинные. Юбка выше колен. Под блузкой нет бюстгальтера и хорошо видна полная грудь. Бирс смотрит на машину для снятия отпечатков сознания, качает головой.

- Лучше бы выделили мне уборщицу, - бормочет он, тратит более часа, чтобы разобраться, как работает старый печатный станок, слышит стук в дверь и незнакомый мужской голос.

На пороге стоит судья Амал. За его спиной Брина. Судья пожимает Бирсу руку, проходит в типографию, оглядывается.

- Я пришлю пару уборщиков, - обещает он.

- Я сама могу все убрать здесь, - говорит Брина.

- Что скажете? – спрашивает судья Бирса. Бирс пожимает плечами. – Она умнее, чем кажется, – заверяет его судья.

Бирс снова пожимает плечами. Судья подходит к машине для снятия отпечатков сознания.

- Могу я спросить вас? – его колючий взгляд устремляется к Бирсу. – Почему вы боитесь процедуры обмена воспоминаниями? У вас был неудачный опыт?

- В молодости.

- Когда вы работали военным корреспондентом?

- Нужно было знать много нюансов, а времени было слишком мало, поэтому мне предложили изучить отпечаток сознания одного из бывших фотокорреспондентов.

- Вам не понравилось то, что вы увидели?

- В тот момент мне казалось, что я сойду с ума.

- С тех пор система считывания отпечатков сознания сильно изменилась. Ведь тогда это был военный проект, не так ли? А сейчас это повсеместная практика. Больше нет никаких побочных эффектов. К тому же… - судья поворачивается к Брине. – Я не прошу вас сделать ее своей помощницей. Это приказ.

- Так она работает на вас?

- Да.

- Тогда зачем вам я?

- Вы честный. У вас хорошая репутация. Люди будут верить вам. По крайней мере, какое-то время будут верить. А Брина… Относитесь к этому как к неизбежному злу. К тому же здесь у вас будет много работы и одному вам не справиться. Ведь так?

- Отчасти.

- Значит, договорились, – судья Амал улыбается. У него тонкие руки и хрупкое тело, но крепкое рукопожатие. – Вам нужна помощь в поисках жилья в этом городе? – спрашивает он перед тем, как уйти. – Брина может показать вам несколько домов, которые сдаются за умеренную плату во внутреннем городе.

- Я не особенно требователен.

- Это хорошо. – Судья смотрит на машину для снятия отпечатков сознания. – И сделайте одолжение, не откладывайте эту процедуру. К тому же Брина никогда не была военным корреспондентом. В ее молодой голове нет ничего такого, что может поразить вас.

Глава седьмая

Скачать книгу

Оставьте комментарий!

Регистрация на сайте не обязательна (просьба использовать нормальные имена)

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Site4WriteAuth.

(обязательно)

Site4Write: сайты для писателей