Эта короткая счастливая жизнь 11

/ Просмотров: 47364

ОГЛАВЛЕНИЕ

Глава одиннадцатая

Когда наступило утро, Джо-Джон-Джейк уехал. «Форд» поднял клубы пыли и скрылся за поворотом. Фелиция пошла к управляющему и спросила, далеко ли до Хайфилдса.

- Хайфилдс? – управляющий удивленно поднял бровь. – Никогда не слышал о таком.

- Это маленький город, – Фелиция смутилась, почувствовав себя крайне неуютно под этим старческим взглядом.

- У вас, кажется, был кавалер? – спросил управляющий.

Фелиция покраснела. Старческий осудительный взгляд напомнил об отце, отбивая всякое желание возвращаться домой. Фелиция прикусила губу. Если бы только можно было вернуть все назад. Остаться дома и никуда не уезжать.

- Может быть, вам нужна работа? – осторожно предложил управляющий.

- Работа? – Фелиция наморщила лоб. Вспомнила Джо-Джона-Джейка. Вспомнила оставшийся дом. Чего она боится больше? Возвращаться назад или идти вперед?

- Вы ведь куда-то ехали. Не так ли? – управляющий добродушно улыбнулся, помогая принять решение.

Его жена, пожилая, разбитая артритом миссис Хайнц взяла Фелицию под руку и отвела в комнату.

- Нам давно нужно было нанять помощницу, – ворковала она, разглаживая белые простыни на крохотной кровати.

Фелиция молчала, выдавливая скупые улыбки.

- Будешь жить здесь, а вечерами убирать свободные комнаты, – миссис Хайнц наградила ее серьезным взглядом. – Если будет желание, то я могу научить тебя готовить. Ты ведь не умеешь готовить?

- Нет.

- Ну, вот видишь. А женщина должна уметь готовить, – она обняла Фелицию. – Я родила пять дочерей и, поверь, ни один из мужей не смог упрекнуть их ни в чем, что требуется от женщины.

Взяв необходимые принадлежности, Фелиция пошла убираться в освободившихся номерах.

Номер, где они останавливались с Джо-Джоном-Джейком, она оставила напоследок. Кровать напоминала о случившемся и вызывала тошноту. Фелиция собрала простыни и отнесла их в прачечную. Казалось, от них пахнет ее знакомым. Фелиция разогрела воду и принялась за стирку. Миссис Хайнц сначала помогала ей, давая советы, затем отпустила пару одобрительных реплик и ушла готовить обед. Хлорка разъела кожу, и руки болели так сильно, что Фелиции едва не рыдала, а справиться удалось лишь с половиной белья. В памяти снова всплыло лицо Джо-Джона-Джейка. «Твой голос – это талант, но нужно иметь что-то еще». Кажется, так он говорил? Фелиция собрала в пучок волосы и вернулась к стирке. Уборка в номерах, которой она занялась после обеда, показалась менее мучительной.

Постояльцы приезжали и уезжали, оставляя пыль, недоеденную пищу и свои запахи. День за днем, Фелиция наблюдала за ними, не запоминая ни одного лица. Даже сын управляющего, высокий, долговязый, примерно одного с ней возраста, был не более чем копной спутанных светлых волос. Таким она запомнила его. Ну, может быть, еще его голос. Сухой и осипший. Она видела его за столом, заставляя себя улыбаться несмешным шуткам. На третьей неделе она увидела пыльный «Форд», и с каким-то странным чувством, подумала, что это может быть ее старый знакомый.

Громко смеясь, из машины вышли две женщины. Старше Фелиции, но еще в соку. Их спутники не понравились Фелиции. Они напомнили Джо-Джона-Джейка. Закончив с уборкой, Фелиция поужинала и легла спать. Проворочавшись около часа, она поднялась и подошла к окну. В номере, где остановились новые постояльцы, горел свет. Окна были открыты, и Фелиция слышала громкий женский смех. Стирают ли они белье? Учатся ли готовить? Фелиция вышла на улицу и прокралась к открытым окнам. Оказаться на их месте сразу расхотелось. Вот, значит, чего хотел от нее Джо-Джон-Джейк!

Фелиция собиралась уйти, когда одна из полуобнаженных девушек подхватила звучащую из патефона песню. Голос очаровал и растрогал Фелицию. Сможет ли она спеть так же? Она снова вспомнила Джо-Джона-Джейка и заглянула в окно. Может быть, он прав, и кроме голоса нужно иметь что-то еще? Голос поющей девушки прервался, утонув в поцелуе. Губы Фелиции пересохли. Дыхание перехватило. Поцелуй оказался страстным и нежным одновременно. В памяти всплыли запахи, чувства, пережитые, когда ее целовал Джо-Джон-Джейк. Нет. Девушка за окном явно получала от этого удовольствие. Фелиция опустила глаза к ее полной груди, невольно сравнивая со своей. Неужели ее знакомый был прав, и красота способна открыть многие двери? Девушка засмеялась, позволяя мужчине уложить себя на кровать. Фелиция задержала дыхание. Бледные щеки залил румянец. «Господи, как же это отвратительно!» – думала она, продолжая смотреть. Девушка за окном ахнула и прижала к себе мужчину. Дикие животные гримасы обезобразили их лица.

Фелиция развернулась и побежала прочь. Виски пульсировали, щеки горели. Она споткнулась и упала, разодрав о щебень колени. Боль протрезвила.

- Эй! – позвал ее сын управляющего.

- Тони? – она поднялась на ноги, поправляя волосы и одергивая юбку.

- Ты что, ходила подглядывать?

- Я? Нет! Что ты! – Фелиция чувствовала, как по ногам из ссадин течет кровь, как горят щеки.

- Я видел, – упрямо сказал Тони. Где-то далеко снова раздался женский смех. – Видела, чем они занимаются?

- Это… это… это отвратительно! – выкрикнула Фелиция, считая, что так может оправдать свой поступок.

- Я видел и хуже, – Тони улыбнулся и показал на ее ноги. – У тебя кровь.

- Что?

- Ты, наверно, разодрала колени, когда упала.

- Я… – Фелиция помялась и согласно кивнула. – Да. Наверно.

- Пойдем, – Тони протянул ей руку. – Нужно обработать раны и перевязать, чтобы не остались шрамы, – он сжал ее руку в своей ладони и потянул в дом.

Спирт принес новую боль. Фелиция зажмурилась. Тони улыбнулся, разглядывая ее ноги.

- Ты когда-нибудь занималась этим?

- Что?

- Не глупи. Ты приехала с одним из этих музыкантов. Думаешь, я не знаю, что представляют собой такие певички, как ты?

- Да как ты… – Фелиция снова зажмурилась. Спирт обжог новую рану. – Твои родители тоже так думают? – спросила она. – Твои родители думают, что я такая же, как и те… – Фелиция замялась, не в силах подобрать нужных слов.

- Певички? – помог ей Тони.

Фелиция кивнула.

- А разве это не так?

- Нет.

- Докажи.

- Доказать? Как я тебе докажу?! – Фелиция почувствовала, как щеки снова начинают краснеть. Она решительно одернула юбку и поднялась на ноги. – Дай мне бинты, Тони.

- Не обижайся.

- Дай мне бинты! – крикнула она, вспомнила, что рядом спят миссис и мистер Хайнц и смущенно поджала губы.

- Обещаешь, что не будешь обижаться?

- Обещаю, – сдалась Фелиция.

Она вышла на улицу и направилась в свою комнату. Одна из девушек, за которыми подглядывала Фелиция, стояла, прижавшись спиной к закрытой двери своего номера, и курила. Фелиция прошла мимо, опустив голову. Ночью ей приснился патефон и Джо-Джон-Джейк. Он сидел на кровати, а она пела для него, щеголяя обнаженной грудью. Самодовольная улыбка играла на его губах. Фелиция легла под него, чувствуя запах бренди и табака. Ни на одно мгновение она не усомнилась в том, что делает. Стыд и отвращение пришли лишь утром, когда сон отступил, вернув ее в реальность.

- Все еще дуешься на меня? – спросил Тони.

- Не на тебя, – призналась Фелиция.

Он рассмеялся и отпустил какую-то шутку. Она улыбнулась.

- Здесь есть озеро, – осторожно предложил Тони.

Фелиция смерила его внимательным взглядом и согласно кивнула. Вода была теплой и Фелиция хотела искупаться.

- Отвернись, – попросила она, стягивая платье.

Белый пеньюар скрывал почти все тело. Фелиция вошла в воду и, обернувшись, позвала Тони.

- А ты хорошо плаваешь! – похвалил он.

Они заплыли почти на середину озера. Фелиция снова вспомнила свой сон. Яркое солнце и хорошее настроение разрушили пелену страха и отвращения, пережитых утром. Фелиция вспомнила девушку, которую видела в прошлую ночь. Опять вспомнила свой сон и подумала, что со стороны это выглядит совершенно иначе, чем снизу. Она подняла голову и посмотрела на далекий берег. Мышцы устали, принося странное тепло.

- Тони! – позвала Фелиция, испугавшись, что не доплывет. – Тони, кажется, у меня кончаются силы!

- Не бойся, – голос его прозвучал совсем рядом, вернув уверенность.

Фелиция выбралась на берег и, тяжело дыша, повалилась на траву. Тони лег рядом, бесстыдно разглядывая полные груди под намокшей тканью.

- Ты такая красивая, – сказал он, наклоняясь, чтобы поцеловать ее.

Фелиция улыбнулась, не открывая глаз. Дыхание Тони было свежим, а губы мягкими. Фелиция попыталась сравнить этот поцелуй с тем, что видела в прошлую ночь.

- Давай еще раз, – предложила она.

Новые чувства понравились ей. Почему же в прошлый раз все было иначе? Может быть, виной всему не поцелуй?

- Тони?

- Да?

- Помнишь, ты спрашивал меня, занималась ли я этим?

- Ну?

- А ты? Ты это уже делал?

- Конечно.

- И с кем? – она ответила на его поцелуй, чувствуя, что с каждым разом начинает получаться все лучше и лучше.

- Была здесь как-то одинокая певичка, – Тони положил руку на ее грудь.

- И как?

- Хочешь попробовать?

- Я не знаю, – Фелиция почувствовала, как Тони развязывает ее пеньюар. Вспомнила свой сон, как пела с обнаженной грудью. – А та певичка… – осторожно начала она. – У нее был хороший голос?

- Не знаю, – он освободил ее грудь и теперь любовался, щурясь от яркого солнца.

- Вот у меня хороший голос, – сказала Фелиция.

- И что? – Тони улыбнулся. – У меня тоже хороший голос, – он загорланил какую-то песню.

Этот поступок вернул Фелиции все то отвращение, которое она чувствовала в это утро, вспоминая свой сон. Что она делает? Почему уступает этому мальчишке? Ради чего?

- Отойди от меня! – закричала она, спешно прикрывая грудь.

- Ты чего? – опешил Тони.

Фелиция поднялась на ноги и надела платье. Назад они шли молча. Постояльцы, за которыми наблюдала Фелиция, съехали, и она пошла убирать их номер. Запах бренди и табака выветрился, но от простыней пахло потом и бурной ночью.

- Мерзость, – скривилась Фелиция.

Она отнесла постельное белье в прачечную и бросила в теплую воду. Где-то в груди снова заклокотало отвращение. Руки привыкли к хлорке, но как долго она собирается заниматься этим? Фелиция попыталась вспомнить песню, подслушанную в прошлую ночь. Спев первый куплет, она сравнила свой голос с голосом девушки. В памяти всплыл поцелуй. Страстный и нежный. Затем кровать. Всплески золотистых локонов на подушке. Согнутые в коленях ноги.

- Тебе помочь? – предложил Тони, заглянув в прачечную.

Фелиция не ответила, вспоминая, как он разглядывал ее грудь. Чем он был лучше Джо-Джона-Джейка? Следом за Тони вошла его мать и скрипучим голосом пожаловалась, что у нее болит спина. Старик управляющий уехал за продуктами, взяв с собой Тони, и Фелиция осталась за главного. Она сидела на скамейке, запрокинув голову, подставляя солнцу лицо. Блестя и переливаясь в его лучах, подъехал «Линкольн». Одернув подол платья, Фелиция пошла встречать нового постояльца. Он был молод и просто сверкал каким-то лоском. Его французский акцент подкупал. Фелиция смотрела, как он идет в свой номер, а в голове кружила лишь одна мысль: «Он едет в Чикаго! В Чикаго! В Чикаго!». Дождавшись вечера, она зашла к нему. Как его звали? Жак? Жан? Жульен?

Почему с годами ей все сложнее вспоминать эти имена?

- Так ты хочешь стать певицей? – спросил он. Фелиция смутилась и кивнула. – Это не так просто, как кажется.

- У меня хороший голос.

- У многих хороший голос, – он смерил ее серьезным взглядом и неожиданно предложил поехать с ним.

- С тобой? – Фелиция вспомнила Джо-Джона-Джейка.

- Что-то не так?

- Да был тут один… – она замялась, но ее новый друг понял все без слов.

- Не бойся. Я ничего не потребую с тебя за проезд.


Глава двенадцатая


Оставьте комментарий!

Регистрация на сайте не обязательна (просьба использовать нормальные имена)

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Site4WriteAuth.

(обязательно)

Site4Write: сайты для писателей