ФИВЫ. Падение Голиафских гор. 2

/ Просмотров: 3451


Фивы. Падение Голиафских гор

Оглавление

Глава вторая

Мантикора гортанно зарычала, обозначив недовольство, что мистиф не позволил ей закончить трапезу.

- Жуткая тварь, - прошептала Агва, стараясь не смотреть на кровавое месиво, оставшееся от голиафки.

- Это же всего лишь игра! – фыркнул телеб по имени Ковен. – Совсем заигралась? – он подмигнул колдунье, напомнив, что игровые схемы обычно обостряют восприятия персонажа, когда он становится свидетелем чего-то подобного. – Помню, на моих глазах один царек Далеких земель привязывал пленных воинов враждебного племени к земле и устраивал гонки кромнов, пока поверженные противники не превращались в мокрое место… - Ковен помрачнел. – Я был одним из пленных, и когда увидел кромнов, особенно их огромные копыта, испугался так сильно, как никогда еще не боялся… Потом чокнутый царек объявил о начале гонок. Я лежал, уткнувшись лицом в землю, и говорил себе, что это игра, но… - Ковен неожиданно впился взглядом в колдунью. – В общем, после того случая меня уже не цепляют такие мелочи, как эта, - он кивком головы указал на кровавую груду, оставшуюся от Жаргал. – Главное – говорить себе почаще, что это просто игра, которая создана, чтобы ты отдыхал и развлекался, а не сходил с ума от страха, и все будет в порядке.

- Легко сказать, - поежилась Агва, представляя каково это – оказаться привязанным к земле, пока вокруг тебя скачут кромны. Воображение разыгралось, требуя узнать, как Ковену удалось спастись.

- Купец, благодаря которому мы познакомились с проводниками голиафцев, выкупил меня, потому что ему не хватало солдат для личной охраны, - пояснил Ковен, услышав терзавший колдунью вопрос.

- Ты говоришь о Гамбино? – опешила Агва.

- Это было еще до того, как ты присоединилась к нам, - отмахнулся телеб. – К тому же… - он покосился на Тароса. – Без него, думаю, Гамбино ни за что бы не раскошелился, чтобы выкупить меня. Помнишь, как он жалел сена для тяговых кромнов, когда мы подобрали раненного Арк-Ми?

Агва кивнула, но воспаленное воображение продолжало будоражить сознание, заставляя спросить, что стало с остальными пленными телебами.

- А не было остальных, - ухмыльнулся Ковен. – Когда кромны готовились пойти на второй заход, в живых оставались только двое: я и парень с краю трасы, но его покалечило так сильно, что проще было добить, чтобы не мучился…

Он подошел к тоннелю, ведущему, согласно составленной завербованными фидаинами карте, к чертогам Старца горы, но протиснуться мимо мантикоры, из пасти которой капала кровь Жаргал, а в зубах виднелись куски застрявшего мяса, не решился.

- Может, уберешь этого монстра? – спросил Ковен мистифа.

- Это же не карманный зверек: захотел достал, захотел спрятал! – вступилась Агва, понимая, что чернокнижнику стоит немалых усилий контролировать мантикору.

- Тогда пусть прикажет твари бежать впереди нас, - резко сказал Ковен.

- Впереди нельзя, - вмешался Тарос. – Мантикора хороша в борьбе с живым противником, но ловушки она замечать не умеет, а нас их ждет немало.

- Хочешь, чтобы мантикора замыкала строй? – похолодел Ковен. – Ты спятил, если думаешь, что я повернусь к этой твари спиной. Мне еще дорога жизнь.

- Не жизнь, а игровой персонаж, - напомнил Тарос, криво улыбаясь.

Он не знал историю жизни Ковена вне игровой площадки, но давно замечал, что друг начинает порой слишком серьезно воспринимать то, что происходит вокруг, словно его ничто не ждет в реальности или… Торос прищурился, только сейчас подумав о том, что Ковен, вероятно, мог воспользоваться незаконным терминалом, заложив в качестве оплаты игрового ключа свое тело, как это было в случае с Прай-Ми и его братом, когда они обрушили «Голод».


Будучи хранителем Тарос слышал о незаконных терминалах, но клирики никогда не уделяли подобным проектам внимания. Тратить силы и средства, устраняя такие нарушения, было бессмысленно, если только эти проекты не мешали планам Института всемирной иерархии.

«Да нет… - тряхнул головой Тарос, бросая короткие взгляды в сторону Ковена. – Не мог он заложить тело в незаконном терминале». Бывший хранитель вспомнил, как беспечно вел себя друг, не особенно заботясь, удастся ему уцелеть или нет. «Человек, жизнь которого зависит от жизни его игрового персонажа, так себя не ведет», - подумал Тарос.

- Ладно, хватит трепаться, - решил он положить конец спорам. – Первый этап вторжения в Голиафские горы завершен. Остался еще десяток пунктов, а времени, учитывая, что мантикора убила укротительницу и скоро об исчезновение голиафки станет известно, остается все меньше и меньше.

- Но… - начал было Ковен, но Тарос прервал его, раздраженно взмахнув рукой.

- Мантикора и мистиф замыкают строй. Это не обсуждается!

Желая подать пример, Тарос заставил себя пройти мимо монстра, чтобы возглавить процессию. Доверял ли он мистифу, контролирующему мантикору? Нет, хотя и выполнил с ним ряд сложный квестов. Верил ли в его силы? Да, потому что уже успел убедиться в том, что с чернокнижником шутки плохи. К тому же Бриск ни разу не дал повода усомниться в себе. Поэтому, Тарос поддержал идею Прай-Ми, включить мистифа в состав группы, которой надлежало развязать войну, посеяв смуту в Голиафских горах. Многие были против этого. Даже брат лидера телебов выступал за то, чтобы оставить чернокнижника, а заодно и Агву, в тылу, но без мантикоры атака чертогов Старца горы представлялась самоубийством чистой воды, особенно если учитывать, сколько придется преодолеть ярусов на пути к вершине, где восседал на своем аскетичном троне Старец горы.

Что касается Арк-Ми, то ему надлежало отправиться в Аид с торговцем по имени Гамбино и попытаться найти союзников там, чтобы разделить голиафскую армию, атакую с двух сторон гор. Под союзниками подразумевались любые наемники, способные за хорошую плату рискнуть жизнью или, если быть точным, своим игровым персонажем.

- Смотрите под ноги, на наших картах указаны не все ловушки, - сказал Тарос, когда сам едва не провалился в горную реку, подмывшую камни старого тоннели, по которому они шли, покинув пещеру, где осталось растерзанное мантикорой тело укротительницы.

Им нужно было обогнуть небольшое поселение голиафцев, занимавшихся контрабандой, приобретенной у торговцев Аида и Далеких земель, сплавляя товары на внутренних рынках горного народа – явление новое для данной локации, появившиеся после того, как стали формироваться торговые пути между Далекими землями и Аидом. Старец горы, проповедовавший аскетичную жизнь, еще не решил, как поступить с примитивными рынками, не шедшими ни в какое сравнение с великими рынками Махайры, посетить которые мечтали все, кто занимался торговлей в «Фивах». Впрочем, прославленный аскетизм Старца горы был, если верить завербованным фидаинам, фикцией. Правда знали об этом только те, кто смог достичь высших степеней посвящения и познания Учения, что позволяло занимать венчавшие трон Старца Голиафских гор ступени власти.

Старец был обыкновенным игроком, и в отличие от других игровых локаций, где узды правления, как правило, находились в руках имитаций, здесь занять место Старика мог любой желающий, выдержав ряд испытаний и пройдя долгий путь фидаина и посвященного в Учение мудреца. Рассматривая перспективы примитивных рынков Голиафских гор, Старец исходил из соображений собственной выгоды. Пока все складывалось для торговцев благополучно… По крайней мере, для тех, кто честно отдавал Старцу половину прибыли. Но некоторые уже начинали роптать и пытаться жульничать, занижая доход, поэтому занимавшие верхние ступени власти фидаины начинали поговаривать о том, чтобы создать дополнительное подразделение, которое, как они скажут голиафцам, будет защищать их от козней торговцев Аида и Далеких земель, а в действительности просто возьмет под контроль прибыли.

- Неужели нельзя обойти поселение стороной? – спросил Тароса верный друг по имени Мит, тщетно пытаясь заглянуть в карту через плечо лидера.


Мит был болтуном, и все это знали. Хотя, если закрывать глаза на все те байки, что он рассказывал о своей жизни в КвазаРазмерности, парнем он был неплохим. Его персонаж был высоким, почти как у Тароса, вот только основной упор делался не на мощь, а на гибкость и на ловкость. Изящность и грация отражались не только в структуре тела, но и в утонченных чертах лица – некий белокурый аристократ Далеких земель. Еще Мит любил носить украшения, как магические, так и просто блестящие безделушки из Аида, приобретенные за бешеные деньги у перекупщиков.

Все группа Тароса насчитывала семь человек, включая предводителя. Темной лошадкой был мистиф, причем во всех смыслах. Его лицо почти всегда скрывал капюшон, так что мало кто мог его разглядеть, а те, кто видели, не могли запомнить. В итоге телебы решили, что это какая-то магия. Персонаж чернокнижника был среднего роста. Носил он черную рясу и, казалось, совершенно не отбрасывал тень. В общем, все относились к нему, как к чужаку, и это его устраивало.

Агва? С ней все было намного проще, хотя она и считала себя колдуньей, если не равной мистифу, то стремящейся достичь его высот, копируя многие повадки чернокнижника. Невысокая, с черными длинными волосами и бледным лицом. До встречи с мистифом она держалась в группе обособленно, неустанно тренируя магические навыки, произнося заклинания. Мало кто знал, но она была рабыней торговца по имени Гамбино, променяв сезон службы ему на обещанный земельный участок, где планировала построить свой храм, значительно увеличив магическую силу.

Ковен и Гедер были среднестатистическими телебами: невысокие, жилистые и очень ловкие. Выбирая себе игровой персонаж они не особенно заботились о том, как он будет выглядеть – главное, чтобы он принадлежал к племенам Далеких земель, где, как заявляли аналитики КвазаРазмерности, был самый низкий контроль игрового процесса со стороны разработчиков, если сравнивать с любой ныне существующей площадкой или крупной игровой локацией. Обычно волосы телебов были темными. Глаза серые. Брови густые, сросшиеся у переносицы. Нос узкий с небольшой горбинкой. Ни один представитель Далеких земель не был склонен к полноте.

Никто не знал, кем были Ковен и Гедер до того, как приобрели ключи игроков, хотя это, собственно, мало кого интересовало. Люди приходили в игровые проекты, чтобы отвлечься, а не обсуждать житейские проблемы. Так что всем хватало того, что Ковен и Гедер принадлежали к племени экрон, но давно отказались от внутриплеменных распрей. Помог им в этом торговец по имени Гамбино, познакомивший их с магом, способным блокировать основные установки враждебности, заложенные в игровые точки сборки. Поэтому сейчас они спокойно относились к тому, что командует ими Тарос – представитель племени лигурийцев. Скажи об этом до того, как маг передал им амулеты блокировки враждебности, и они, пожалуй, рассмеялись бы глупцу в лицо, а после взялись за оружие и прикончили его.

Последний член группы – молодой игрок по имени Тим. Он тоже был экронцем и тоже носил на шее амулет блокировки враждебности. В отличие от большинства игроков, выбиравших себе персонажей не имевших ничего общего с их реальным образом, Тим, приобретая ключи игрока, провел не один день, желая настроить точку сборки телеба так, чтобы он, как можно больше походил на него. Разве что добавил мышц, роста да ежик жестких черных волос, отсутствовавших на голове Тима в реальности.

Он был коренным жителем Размерности из жилого комплекса Hexactinellida. О своей работе в аналитическом отделе гильдии торговцев Тим предпочитал помалкивать, хотя ничего выдающегося или криминального в этом не было. Он просто следил за деятельностью конкурентов и активностью служителей Всемирной иерархии, начавших наседать на торговцев после того, как появились слухи о вероятном отделении жилого комплекса Hexactinellida от КвазаРазмерности. Тим знал, что в аналитическом отделе есть закрытые группы, занимающиеся не совсем законными исследованиями и наблюдением, но чтобы попасть туда нужно было прослужить в отделе лет пять не меньше, а Тим мог похвастаться лишь восемнадцатью месяцами. Да и возраст у него был неподходящий – слишком молодой и неопытный. Хотя Тима и так устраивало то, что у него уже есть. Особенно радовал сменный график: две недели круглосуточной работы, используя наностимуляторы, чтобы не уснуть, и месяц отдыха, который Тим проводил в «Фивах».


Он неплохо зарабатывал и мог позволить себе приобретать игровые ключи хоть каждый месяц, что позволяло ему в первое время не особенно заботиться о том, выживет его персонаж или нет, сыскав славу сорвиголовы. Но потом он привязался к своему персонажу и начал чаще задумываться о безопасности, хотя прежний норов остался. То он, желая быть в гуще событий, попадал в засады, то в ловушки, как это случилось, когда его пленил мистиф по имени Бриск – еще до того, как Арк-Ми вынудил его заключить с ним союз. Позднее Тим ввязался в битву с гриллами, решив, что сможет неплохо прокачаться, если убьет покалеченного монстра. Тогда, не помоги ему чернокнижник – быть беде.

Сейчас, остановившись невдалеке от примитивного базара голиафских гор, Тим снова рвался в бой.

- У нас есть мантикора, - сказал он. – Давайте пустим ее первой. Начнется паника. Охрана будет занята монстром, а мы ударим их со спины.

- И раскроем себя раньше времени? – фыркнул Тарос. – Нет уж… - Он изучал карту, но единственный обход вел через зону пещер с водопадами, куда не решали соваться даже голиафцы, опасаясь нападения буньипов, которые обитали там целыми стаями. – Ты сможешь контролировать буньипов, как сделал это в случае с мантикорой? – обратился Тарос к мистифу.

Чернокнижник качнул головой и добавил:

- Боюсь, их слишком много там. Можно, конечно, попробовать подчинить нескольких и бросить на собратьев, но…

- Не забывай, что у нас тоже есть оружие, - сказал Тим, обнажив клинок воинов Тидея – лучшая сталь в Аиде. – Плюс, мы можем заставить сражаться мантикору. Агва будет читать заклинания, чтобы наши раны быстрее исцелялись… Помните, как мы попали в ловушку ашдотов, попытавшихся обокрасть наш караван, когда мы шли к Прай-Ми, чтобы заключить с ним союз? Ашдотов было больше, чем нас, в несколько раз, но стоило порубить первую дюжину, как вонючие псы разбежались кто куда…

- Успокойся, - Ковен положил тяжелую руку на плечо молодому телебу. – Я понимаю, что тебе не терпится найти на свою голову очередные неприятности, но не забывай, что у нас важная миссия. Нельзя провалить начало вторжения.

- А кто сказал, что мы провалим? Пробьемся!

- Давайте лучше мы с Агвой наложим на мантикору заклятье невидимости, - предложил чернокнижник. – Не знаю, как долго мы сможем поддерживать оптический обман, но если двигаться быстро, то, думаю, есть шанс успеть проскочить прежде, чем магия высосет из нас с Агвой силы и обман раскроется.

- Идея не плохая, - согласился Тарос. – Вот только… - он нахмурился. – Вы просто сделаете мантикору невидимой или заставите исчезнуть совсем? Потому что невидимость, думаю, нам мало поможет. Какими бы примитивными не были рынки горного народа, но народа там толкается тьма-тьмущая. Как ты собираешься провести сквозь толпу монстра, пусть и невидимого?

- Я могу попробовать создать оптический обман, превратив мантикору, скажем, в кромна! – оживилась Агва. – Бриск будет держать ее невидимой, а я создам иллюзию… Конечно, для подобного нужна практика, потому что очень сложно будет управлять образами синхронно, но…

- Спрятать мантикору под образом кромна? – рассмеялся светловолосый Мит. – Ты серьезно?

- А что не так? Кромн достаточно крупное животное, чтобы соответствовать размерам мантикоры…

- Мы не в Далеких землях, ведьма! Это Голиафские горы, где чужаков еще не так давно вообще не было. Горный народ известен своей ксенофобией. Говорят, это прописано у них у точку сборки так же, как жадность. Помнишь, как заблестели глаза укротительницы, когда мы показали ей золото? Считай, что так же заблестят их глаза, когда они увидят на рынке чужаков. Я знаю, что завербованные Прай-Ми фидаины говорили, будто на рынке есть торговцы из Далеких земель и Аида, так что мы сможем смешаться с толпой, но… - Мит демонстративно отошел в сторону, чтобы друзья могли его разглядеть. – Мы что, похожи на торговцев?

Повисла недолгая пауза, нарушил которую молодой Тим, снова предложив идти через зону водопадов, сражаясь с буньипами и прочей нечестью, что встретится там.


- И так нехорошо и этак, - протянул Тарос, понимая, что принятие важного решения ложится исключительно на его плечи.

- А что если замаскировать не мантикору, а нас? – предложила Агва. – После того, как Прай-Ми начал вербовать фидаинов, то нам стали доступны магические заклинания горного народа…

- Хочешь сказать, что освоила науку маскировки фидаинов? – не поверил Гедер.

- Это не так сложно, как многие думают, если иметь необходимые ингредиенты, то…

- Хочешь сказать, что сможешь превратить нас в голиафцев? – оживился Тарос.

- Не всех… - Агва насупилась, напоминая, что это будет не иллюзия, а полноценное обращение.

- Да какая разница! – всплеснул руками Ковен. – Пройти через рынок должны либо все, либо…

- Подожди паниковать, - велел Тарос. – Скольких из нас ты сможешь превратить в голиафцев? – спросил он Агву.

Она насупилась сильнее и показала указательный палец.

- Всего одного? – опешил Тарос. – Не густо… - он облизнул губы, лихорадочно соображая. – Но если учесть, что у нас много золота, то можно будет приобрести торговую повозку, усадить в нее мантикору и остальных членов группы, а затем… Да… Думаю, подобное предпочтительнее, чем воевать с полчищами буньипов. Сколько времени тебе потребуется, чтобы превратить меня в голиафца?

- Нисколько, - очень тихо произнесла ведьма.

- Не понял, - растерялся Тарос.

- Я не смогу превратить тебя в голиафца. Чтобы заклинание сработало, у тебя должны быть навыки мага, а у воинов Далеких земель, подобные способности отсутствуют.

- Выходит, в голиафца превратиться можешь ты и… - Тарос покосился на мистифа. – Бриск, как я понимаю, тоже отпадает, потому что ему нужно контролировать мантикору?

Агва кивнула.

- Думаешь, справишься в одиночку? – спросил Тарос.

- Должна, - ведьма невесело улыбнулась. – На время обращения я стану настоящей голиафкой, правда лишусь большинства прежних способностей, но…

- Не забывай, что твоя жизнь связана с Арк-Ми и мистифом, - напомнил Тарос. – Если с тобой, например, что-то случится, то Грифон тут же заберет жизнь брата Прай-Ми и Бриска… - он бросил короткий взгляд на обливающуюся слюной мантикору. – Помни, что мистиф контролирует монстра. Без него тварь тут же набросится на нас, так что…

- Поход на рынок менее опасен, чем проход по территории, где на каждом шагу нас будут поджидать буньипы и голиафские кобры, - сказала Агва.

- Тут не поспоришь, - согласился Тарос. – Сколько времени тебе потребуется, чтобы превратиться в голиафку?

- Не больше четверти часа.

- Тогда действуй, - принял решение предводитель группы. – У тебя есть все необходимые для заклинания ингредиенты?

- Почти, – Агва устремила пристальный взгляд на кнут укротительницы, который забрал Гедер, после того, как мантикора убила Жаргал. – Для превращения мне нужна вещь, которая некогда принадлежала тому, в кого я буду превращаться, так что… - ведьма протянула руку.


Гедер засомневался. Он планировал, что сможет использовать кнут голиафки позднее, но…

- Ладно, если эта штука нужна для заклинания… - Гедер пожал плечами и нехотя протянул ведьме кнут, сделанный укротительницей из голиафской кобры. Капельки яда пали на камни под ногами.

- Это все, что тебе нужно? – спросил Тарос.

Агва кивнула. Она не сказала, но в предстоящем превращении была еще одна незначительная, но все-таки немаловажная деталь – кроме внешнего образа замещались и восприятия игрового персонажа, а это было, мягко говоря, не совсем комфортно. Агва пробовала превращаться лишь однажды, да и то выбирала для этого персонаж фемита – гигантского орла из Аида. Она просто хотела немного полетать, изучив Далекие земли с высоты птичьего полета, но подняться в воздух оказалось не так просто, как она рассчитывала. К тому же приходилось постоянно напоминать себе, кем она является на самом деле, потому что мысли путались так сильно, что Агва в какой-то момент подумала – уж не напутала ли она необходимые для превращения ингредиенты или слова произносимого заклинания.

«С голиафкой все будет проще», - попыталась ведьма успокоить себя.

Отделившись от группы, она укрылась в небольшой расселине, предварительно прочитав заклинание, прогоняющее змей и сквадеров.

Для предстоящего превращения требовалось шесть разновидностей трав, произраставших в долинах Цестус и Ксифос, а так же редкая ледяная трава, отыскать которую можно было только на заснеженных пиках Голиафских гор. Агва смогла достать ее, когда они, выполнив для фемитов сложный квест, получили возможность вызывать их, когда потребуется переправить через горы, разделившие Аид и Далекие земли.

Молодой фемит из боевого отряда «Небесные гнезда» не возражал, когда ведьма попросила его задержаться, чтобы она набрала немного ледяной травы, требующейся для некоторых сложных заклинаний. Фемита звали Марре. Он был имитацией, но вел себя так, что его было практически не отличить от настоящего игрока. В последнее время в «Фивах» ходил слух, что разработчики запустили в эксплуатацию новое поколение адаптивных алгоритмов, украв наработки у молодого игрового проекта «Мекка», обещавшего вывести индустрию интерактивных развлечений на новый уровень.

- Долго ты там? – крикнул нетерпеливый Тим, подгоняя Агву.

Ведьма не ответила. Перемолов необходимые травы в ступке, она рассыпала получившуюся пыль вокруг себя, застывшую в воздухе слоями. Теперь оставалось разложить с четырех сторон кости ийса – крошечного грызуна из Аида. Сделать глоток из пробирке, содержащей воду Мертвого озера. Агва надеялась, что торговец, продавший этот ингредиент, не соврал – горький опыт, когда она только появилась на игровой площадке, научил ее внимательно следить за соблюдением всех условий заклинания. Разработчики, очевидно, считали это крайне забавным – превращать незадачливых колдунов в причудливых животных. Причем обратить заклинание мог только более могущественный маг, чем тот, кто имел глупость допустить ошибку.

Сейчас, вспоминая добрым словом ведьмака, расколдовавшего ее, когда она только начинала играть, Агва убеждала себя, что все пройдет удачно. В конце концов она ведь уже превращалась в фемита. С тех пор у нее сохранились все необходимые ингредиенты за исключением воды из Мертвого озера.

- Все будет хорошо, - тихо прошептала Агва, убеждая себя, что торговец, продавшей ей новую пробирку с водой Мертвого озера, не мог оказаться жуликом, так как с ним они часто имели дело, и ни разу он не подвел и не попытался надуть ни ее, ни Гамбино.

Ведьма закрыла глаза и начала читать заклинание, способное активировать возможность превращения. Кнут голиафки, свернувшийся у ног, вздрогнул и начал оживать, словно вспомнив, что некогда был змеей. Агва постаралась не обращать на происходящее внимания. Побочные явления случались во время подобных заклинаний. В прошлый раз, например, превращаясь в фемита, ведьма заставила летать дюжину камней, рухнувших потом на землю, разбив головы трем телебам, роптавшим, требуя компенсаций, пока в спор не вмешался Тарос. Сейчас, если оживет кнут, став голиафской коброй…

Агва тряхнула головой, избавляясь от дурных мыслей, и закрыла глаза, не желая отвлекаться. Она не знала, сможет ли уцелеть после укуса голиафской кобры, но если напутать слова заклинания, то превращение в диковинного зверька ей обеспечено. И некому будет расколдовать ее здесь. Задание будет провалено. Таросу придется вести своих людей мимо водопадов, где обитают стаи буньипов. План вторжения даст трещину и…


«Все будет хорошо», - сказала себе Агва.

Заклинание было завершено. Частицы пыли от перетертых в ступке трав, окружившие слоями ведьму, начали искриться. Красные, фиолетовые и синие всполохи света озарили темный тоннель, подсвеченный мягкой люминесценцией камней.

- Агва? – тревожно позвал Тарос, но ведьма не услышала его.

Восприятия менялись. Точка сборки сбоила. Казалось, что тело выворачивается наизнанку, ломаются кости. Боль вспыхивала перед глазами россыпью звезд. Агва упала на колени и закричала. Сквозь туман безумия она увидела подошедшего Тароса.

- Держись подальше от меня! – прохрипела ведьма, предусмотрительно выставив перед собой изменившуюся руку: мускулистую, покрытую густыми короткими волосами. – Я… Я сейчас… Сейчас все нормализуется… - с трудом смогла произнести ведьма.

Боль отступала, но кости, казалось, продолжают ломаться под новой оболочкой, перестраиваясь, ища оптимальную конфигурацию.

- Не знал, что это настолько болезненно, - сказал Тарос.

- В фемита превращаться было проще, - призналась Агва, жадно хватая ртом воздух.

Восприятия перестроились, и теперь все выглядела сжавшимся, съежившимся.

Ведьма поднялась с колен и уставилась на Тароса сверху вниз. Среди телебов он считался гигантом, но сейчас едва достигал груди Агвы. Она стала голиафкой. Будучи ведьмой, Агва в первую очередь проверила бы сумку с магическими травами и зельем, но сейчас, первым, на что она обратила внимание, был кнут, созданный из голиафской кобры. Рука сама протянулась к оружию. Тарос предусмотрительно попятился.

- Не бойся, я контролирую себя, - сказала Агва.

Желание испытать кнут было настолько сильным, что она не смогла удержаться. Тарос вздрогнул, услышав, как кнут разрезал со свистом воздух, а его кончик, попав в камень, превратил его в пыль.

- Вот это я понимаю! - громогласно произнесла ведьма, ставшая голиафкой.

Навыки владения кнутом были автоматом добавлены в точку сборки. «Интересно, что еще я могу?» - подумала Агва, обернулась, смерив растерянного Тароса тяжелым взглядом, и заметив его настороженность, раскатисто рассмеялась.

- Тише ты! – цыкнул на нее Мит, напоминая, что они не должны выдавать себя.

- Трус! – скривилась Агва. – Настоящий голиафец не стал бы отсиживаться, как крыса… - она заставила себя замолчать, зажав рукой рот.

- Ты – все еще ты? – осторожно спросил Тарос.

Ведьма кивнула, хотя стопроцентной уверенности не было. Восприятия не сбоили, но… Остатки волшебства продолжали искриться в воздухе, заставляя Агву спешно выйти из проклятого круга.

- Мерзость, - скривилась она, отмахиваясь от прицепившихся к ней разноцветных всполохов.

- Вот это да, - уставился на могучую голиафку Мит.

- Рот закрой, пес, - рявкнула Агва, хотя совершенно не хотела произносить этого.

Рука с кнутом напряглась помимо воли.

- Что-то не так? – осторожно спросил Тарос.

- Никогда бы не подумала, что голиафцы так сильно презирают чужаков, - произнесла ведьма.

Голос укротительницы заставлял содрогаться пойманное в ловушку естество Агвы. «Думать о задании», - велела она себе, направляясь к выходу из скрытого полумраком тоннеля.


- Вернусь, как только найду повозку, - бросила она, не оборачиваясь.

Торос и его люди переглянулись, но окрикнуть новоиспеченную голиафку не решились.

- Думаешь, она справится, - шепотом спросил Гедер предводителя.

- Посмотрим, - уклончиво ответил Тарос.

Он говорил тихо, но Агва смогла услышать его. Захотелось развернуться и вступить в схватку с чужаками… «С какими чужаками? - одернула себя ведьма. – Они мои друзья. Я одна из них. Я…»

Она услышала шум примитивного голиафского базара и сердце екнуло.

- Дом, - протянула Агва, растягивая губы в улыбке. И тут же одернула себя: - Я принадлежу Далеким землям…

Упоминание о телебах вызвало неприязнь, которые последнее время стали все чаще проникать в Голиафские горы.

- Чтобы им пусто было! – вспылила Агва, затем вспомнила о гильдии торговцев Аида, которые относятся к жителям горного народа, словно это примитивные варвары, и заскрипела зубами.

Ругаясь на чем свет стоит, она подошла к границам поселения. Схема восприятия начинала передавать чувства частями. Сначала Агва услышала далекий, но постоянно усиливающийся звук оживленных голосов. Затем зрение различило детали: по периметру поселения, по крайней мере, с той стороны, откуда приближалась Агва, была выставлена охрана. Став после прочтения заклинания обращения настоящей голиафкой, ведьма понимала, что стражники не боятся нападений чужаков, но опасные хищники Голиафских гор беспокоят рынки достаточно часто. Их приманивают запахи еды и шум голосов. Но когда Агва наблюдала за поселением издалека, до того, как произнести заклинание обращения, она не видела стражников. Их скрывала призрачная дымка.

Стоило Агве пересечь первую линию границы поселения, как встроенные в игровую точку сборки информационные протоколы сообщили примерную численность поселения, площадь рынков, перечень продаваемых здесь товаров, имена крупных купцов, а также их принадлежность к горному народу, Аиду или Далеким землям. Ведьма замерла, пытаясь отыскать в новых воспоминаниях информацию о том, где ей раздобыть на рынке необходимую для выполнения миссии повозку.

- Вот ведь… - проворчала Агва, понимая, что придется забираться вглубь поселения.

Страха не было – голиафцы, пожалуй, вообще не знали что такое страх. Но вот сознание игрока… Ведьма чувствовала, что нервничает, хотя восприятия игровой точки сборки и пытались обмануть ее, внушив безразличие. Будь Агва настоящей голиафкой, то поддельные восприятия, вероятно, взяли бы верх, а так только вызывали головную боль. «Может быть, нужно подождать, и все пройдет?» - попыталась успокоить себя ведьма, сжимая руками раскалывающую голову.

Она шаталась и едва переставляла ноги. Предметы начали двоиться.

- Эй, ты в порядке, укротительница? – обратился к ней один из стражников, когда она приблизилась к главной границе поселения.

Агва остановилась, уставившись на голиафца налитыми кровью глазами.

- Выглядишь неважно, - подметил он. – Что-то случилось?

- Случилось? – Агва задумалась на мгновение. – Мантикора, - буркнула она первое, что пришло на ум. – Я… - ведьма вспоминала, как Жаргал сражалась с монстром. – Я прикончила ее, вот только… - она попыталась разглядеть лицо стражника за пеленой тумана, витавшего перед глазами. – Кажется, мантикора успела зацепить меня жалом скорпиона.

- Ого! – присвистнул стражник. – Может, тогда тебе обратиться к лекарю? – заботливо предложил он.

- Все нормально. Мне не впервой, - соврала Агва.

- Лекарь находится здесь неподалеку… - начал было стражник, но ведьма оборвала его на полуслове, начав сыпать проклятиями.

Голиафец попытался возразить, словно желал завести знакомство, но как только увидел, что укротительница взялась за кнут, тут же примирительно поднял руки и отступил.

- Вот так уже лучше, - кивнула Агва.


Собиралась пройти мимо, сделала несколько шагов, обернулась и спросила, как ей быстрее попасть в участок рынка, где можно будет раздобыть повозку.

- Повозку? – насторожился стражник. – Зачем укротительнице повозка? Ты ведь не торговец.

- Верно… Укротительница не имеет никакого отношения к торговцам… - Агва смотрела на стражника туманным взором. – Но… Я… поймала мантикору… - не смогла она придумать ничего лучше, чем сказать частично правду, потому что у голиафцев, казалось, отсутствовало не только чувство страха, но и умение врать. – Мне нужно попасть на другую сторону поселения. Хочешь, чтобы я пересекала рынок с мантикорой на привязи? – спросила ведьма, произнося слова по слогам. – Это ведь не тяньгоу. Ты понимаешь?

Стражник кивнул, поманил укротительницу к себе и, выбрав наиболее запыленное место у них под ногами, начал чертить схему рынка.

- На кой черт ты показываешь мне это? – насторожилась Агва, решив, что стражник заподозрил подвох. – Каждому голиафцу добавляются в точку сборки информационные протоколы с картами. Или что, ты думаешь, я турист? Думаешь, пришла из Аида или из Далеких земель?

Ведьма хотела рассмеяться, но вместо этого получилось издать нечленораздельный гортанный хрип, истолкованный стражником как угроза.

- И в мыслях не было, - спешно сказал он, объясняя, что территории рынка постоянно меняются. – От официальных карт здесь мало прока.

- Я укротительница. Мне нет дела до таких мелочей, - отмахнулась Агва, однако подошла к стражнику и попыталась разобрать, что он чертит на земле.

- Вот сюда не суйся, - сказал он, ставя крестик в центре чертежа. – Здесь, здесь и здесь, - стражник поставил еще три крестика, - находятся представители торговцев из Аида и Далеких земель. Я бы на твоем месте тоже обошел эти сектора стороной. Между ними есть небольшая свободная зона… - начертив серию изогнутых линий, обозначавших улицы, голиафец начал объяснять укротительнице на что нужно ориентироваться, когда она окажется на шумных улочках рынка.

- Ничего не понимаю, - призналась Агва.

- Да, это не так просто, - согласился стражник и намекнул, что за определенную плату сможет покинуть пост и провести укротительницу к месту, где она сможет арендовать закрытую повозку для транспортировки пойманной мантикоры.

Агва запустила руку в карман, нащупала пару золотых, но вместе с новым образом появились новые восприятия – знаменитая голиафская жадность.

- Покажи-ка мне еще раз схему, - сказала ведьма, надеясь, что сможет сэкономить, разобравшись в небрежных чертежах.

- Всего один сребреник – и я стану твоим гидом, - предложил стражник. – А за два золотых… - он замялся, смущаясь своей наглости, но алчность взяла верх. – За два золотых я сам добуду повозку и доставлю, куда ты скажешь.

- Так я тебе и поверила! – рассмеялась Агва. – Могу поспорить, что как только я дам тебе два золотых, то ты сразу сбежишь, забыв о своем обещании.

Голиафец промолчал, бросив короткий взгляд на кнут укротительницы. Она не обратила на него внимания, пристально изучая сделанный стражником чертеж, пытаясь сравнить его с тем, что имелся в официальных информационных блоках. «Нет, сама я буду блуждать по этому рынку не один час и, возможно, так и не найду то, что нужно», - решила она, заставляя себя выудить из кармана два сребреника гильдии торговцев Аида. Один она протянула стражнику, другой пообещала отдать, когда он выведет ее с территории рынка обратно.

- Плюс, если успеем добыть повозку до окончания игрового дня, получишь третий сребреник, - пообещала Агва.

Стражник взял монету, долго изучал ее, затем согласно кивнул, правда ворчливо пожаловался, что предпочел бы вести расчеты деньгами горного народа.

- Я и сама бы предпочла это, - сказала ведьма. – Вот только те, на кого я сейчас работаю, расплачиваются монетами гильдии торговцев Аида, так что…

Она дождалась, когда стражник спрячет серебряную монету в карман, и жестом предложила ему идти впереди. Он не возражал.

Они пересекли третью линии границы поселения. К звукам голосов добавились запахи приготовляемой еды, пота, испражнений животных и… Агва растерянно завертела головой, почувствовав сладкий цветочный аромат. Восприятия воспалились, сводя с ума. Запах притягивал, словно магнит.


- Что это? – спросила ведьма голиафца.

- Парфюмерный участок рынка, - сказал он, недовольно поморщившись. – Говорят товар доставляют прямиком из дворца Сфинкс. Благовониями пользуются обольстительные хариты, но здесь…

- Запах так и манит, - призналась Агва.

- Это происходит с женщинами горного народа. С мужчинами… Нас это делает агрессивными. Я видел, как пара стражников искалечили друг друга, сражаясь за голиафку, воспользовавшуюся харитскими благовониями… Впрочем, стоимость их так велика, что товар придется по вкусу разве что в чертогах Старца… - голиафец понизил голос и тихо выругался, проклиная власть голиафских гор.

Критика была такой резкой, что Агва от растерянности забыла о манящем аромате благовоний.

- Ты… Ты что, недоволен правлением Старца? – шепотом спросила она, чувствуя, как обостряются восприятия, предупреждая об опасности – признавать власть Старца было прописано на уровне протоколов игровой точки сборки. Конечно, разработчики сохраняли возможность бунтов, но… - Первый раз слышу, чтобы низшие слои голиафцев говорили, что мечтают о свержении старца. Одно дело жаловаться, а другое…

- Я ведь не подготавливаю восстание, - пожал плечами стражник.

- Но говоришь так, словно готов присоединиться к тем, кому хватит сил и смелости, чтобы подняться против фидаинов Старца.

- Не все фидаины – зло, - отмахнулся стражник. – Ходят слухи, что среди них тоже есть недовольные.

- Вот как? – насторожилась Агва. – Ты знаешь что-то конкретное или просто передаешь сплетни?

- Тебе то что? – так же насторожился стражник.

Агва решила, что лучше всего будет промолчать.

Они оставили за спиной участок рынка с благовониями. Шли молча какое-то время, глазея на прилавки с оружием. Самый большой спрос был на кольчуги и латы. Впрочем, доспехи воинов армии Тидея были малы могучим голиафцам, поэтому торги велись в основном с представителями телебов из Далеких земель. Редко, но все-таки встречались торговые шатры, где представляли товар сами торговцы. Обычно это были те, кто либо не доверял алчным голиафцам, готовым торговать чужим товаром, либо только осваивал рыночные отношения, не имея средств, чтобы использовать наемных продавцов.

Агва прислушивалась к разговорам вокруг. Странно, но недовольство правлением Старца звучало довольно часто.

- Никогда прежде не была на рынках? – спросил ведьму стражник, согласившийся стать ее гидом.

- Никогда, - призналась она.

- Да, укротительницы и строительные координаторы здесь редкость, - согласился стражник после непродолжительной паузы.

Агва решила, что лучше всего будет промолчать.

- Удивлен, что у вас вообще есть деньги, - продолжил стражник. – Говорят, что Старец держит вас в неведении, ограждая от таких пагубных мест, как это.

- Занимайся тем, за что тебе платят, - попыталась заставить его замолчать Агва, но стражник настырно продолжил задавать вопросы. – Хочешь, чтобы я отхлестала тебя своим кнутом? – спросила ведьма, жалея, что не может использовать в теле голиафки заклинание, способное заклеить болтуну рот.

- Ты срубишь сук, на котором сидишь? – улыбнулся стражник.

- Что это значит?

- Твоя мантикора… Думаешь, я не понимаю, что ты хочешь продать ее на черном рынке со стороны Аида? Говорят, там любят подобные штучки…

- Понятия не имею, о чем ты говоришь, - отчеканила Агва, борясь с желанием взяться за кнут и прикончить стражника, но вокруг было слишком людно. Забери она жизнь стражника и достать повозку точно не удастся.


Информационные протоколы показали тюрьмы Голиафских гор. «Только этого мне не хватает», - подумала ведьма, снова сокрушаясь, что не может использовать заклинания, способные заставить стражника молчать. «Может быть, тогда сбежать?» - мелькнула в голове трусливая мысль. Затеряться в толпах торговцев и покупателей казалось делом не сложным, но как тогда выполнить поручение Тароса?

Дорога вывела их в ту часть рынка, где торговцы предлагали диковинных зверей, собранных со всей игровой площадки «Фивы». Большего всего любопытных собралось возле клеток азолей. Крохотные, способные уместиться на большой ладони голиафца, мохнатые существа обладали огромными глазами и действовали на схемы восприятия игровых точек сборки лучше, чем благовония харит. Агва услышала, как голиафцы полушепотом болтали о том, что в чертогах Старца появился азоль после того, как главные фидаины узнали, что такой же зверек живет во дворце Сфинкс. А еще люди болтали, что фидаины, несмотря на возросшее в последнее время влияние в Далеких землях и ближайших от Голиафских гор районов Аида, не могут проникнуть во дворец Сфинкс.

Некоторые игроки обсуждали путешествия по миру «Фив», ставшие возможными для голиафцев благодаря амулетам ин-незов. Конечно, артефактов было не так много, как хотелось бы, но горный народ всегда отличался чрезмерной жадностью, не в силах удержаться от возможности заработать, так что амулеты обычно сдавались в аренду. Плата была немалой, но после начала торговли с Аидом и Далекими землями, среди представителей горного народа многие смогли позволить себе взять в аренду амулет ин-незов…

Мир, долгое время остававшийся закрытым, проповедуя аскетизм, начинал трещать по швам. Сплетен было так много, что Агва вскоре перестала вникать в их смысл. Последними, что она более-менее различила, были слова о том, что скоро либо Старец горы прикроет рынки и вернет миру прежний порядок, либо его свергнут и начнут строить новый мир, отказываясь от навязанных разработчиками правил. В пример приводились Далекие земли, где телебы сами решали, каким будет игровой мир.

- Ну а ты, что думаешь? – спросила Агва, обращаясь к своему гиду.

Стражник обернулся, не сразу поняв суть вопроса.

- Я спрашиваю тебя о… - ведьма дождалась, когда раздадутся новые голоса, сплетничавшие о восстании, благо подобные сплетни буквально-таки роились в воздухе потревоженными мухами.

- И что ты хочешь услышать от меня? – спросил стражник.

- Твое мнение.

- Мнение? – голиафец нахмурился на несколько секунд, затем недобро ухмыльнулся, услышав чей-то разговор о том, что скоро фидаины построят тоннель, который превратится в шелковый путь, соединяющий Аид и Далекие земли. – Слышала? – спросил голиафец.

Агва кивнула.

- Так ты думаешь, что все идет к этому? – спросила она, поняв, что стражник не собирается продолжать.

- Наоборот, - ухмыльнулся он. – Думаю, скоро Старец либо возьмет базары под контроль, почуяв, что здесь можно получить неплохую прибыль, либо просто прикроет этот балаган.

- Так ты недоволен тем, что здесь сформировался рынок?

- Причем тут я?

- Но ты же сказал…

- Ты спросила, как, по-моему мнению, поведет себя Старец горы. Я ответил так, как думаю. Мое мнение на это никак не влияет.

- А как же слухи о восстании? Разве ты не веришь в них? Не хочешь перемен?

- То, во что я верю, и то, чего я хочу, не имеет никакого отношения к тому, что случится в Голиафских горах, - стражник задержался у шатра, где продавали необходимые для магии кости диковинных животных, гербарии редких растений и тайные фолианты, содержащие тысячи заклинаний.


Народа у шатра толпилось достаточно много. В основном это были голиафки. Две трети из них просто пришли поглазеть, несколько перекупщиков из горного народа целенаправленно делали покупки, выполняя заказы жрецов и колдунов либо из Аида, либо из Далеких земель. Но находились и те, кто просто интересовался магией. Голиафки, немного стесняясь, стараясь не привлекать внимания, подходили к торговцам и робко интересовались, какую книгу или фолиант им приобрести, чтобы учиться колдовству.

- Лучше бы они интересовались кнутами из голиафских кобр, - проворчал сопровождавший Агву стражник, презрительно сплюнув себе под ноги.

- Чем плоха магия? – вступилась невольно ведьма, хотя часть ее нового естества, принадлежащего укротительнице мантикор, была согласна с услышанными словами.

- Что-то я не вижу, чтобы ты ловила монстров, пользуясь колдовством, - сказал стражник, устремляя взгляд к висевшему на поясе скрученному кнуту. – Хотя… - он вспомнил, что они идут за повозкой, в которой, скорее всего, переправят мантикору уже заждавшимся покупателям. – Распад в низших слоях Голиафских гор происходит повсюду… Слабость… Алчность… Мы никогда не сможем диктовать Старцу свои права, потому что предпочитаем заниматься бесполезным колдовством или превращаться за два сребреника в гидов по рынкам и… - стражник на мгновение потупил взгляд, но затем все-таки заставил себя встретиться с Агвой взглядом. – И превращаться из укротительниц в контрабандистов.

- Я не имею к контрабанде никакого отношения, - ведьма выдержала пристальный взгляд стражника, затем спросила его имя.

- Зачем тебе? Хочешь натравить на меня фидаинов? Сразу скажу, это лишнее. Я такой же слабак, как люди вокруг. Мне нет дела до того, как ты зарабатываешь.

- Не говори ерунды, - отмахнулась Агва. – Если бы я хотела избавиться от тебя, то сделала бы это сама.

Стражник не согласился, но и возражать не стал.

Мимо прошел торговец из Аида, невольно приковав к себе внимание, отличаясь от могучих голиафцев размерами раза в два минимум. Протоколы игровой точки, настроенные на ксенофобию, заставили потянуться за оружием, но торговец выскользнул из поля зрения, затерявшись в толпе, позволяя прийти в чувства.

- Чем чаще с ними встречаешься, тем проще себе контролировать, - сказал стражник, верно истолковав чувства Агвы.

Она тряхнула головой, пытаясь вспомнить, о чем они разговаривали.

- Меня зовут Керасп, - сухо представился гид. – Если это, конечно, имеет какое-то значение.

- Имеет, - заверила его ведьма.

Они разминулись с группой стражников, следящих за порядком на территории рынка. Возможно, Агва и не заметила бы их, если не звон кандалов пойманного воришки, которого стражники тянули за собой. Это был молодой голиафец, щуплый и невысокий для представителей горного народа. Одежды на нем, если не считать превратившихся в лохмотья штанов, не было. По телу стекала темная слизь, источавшая такое зловоние, что у людей, мимо которых проводили воришку, начинали слезиться глаза. К ошейнику молодого голиафца была прикреплена трость, чтобы он не смог сбежать от стражников, но и не имел возможности приблизиться к ним, испачкав в зловонной слизи.

Агва обернулась, провожая взглядом пленника и конвоиров. Восприятия обострились, только она не могла понять, на что разработчики хотели обратить ее внимание. Несомненно, катализатором послужила встреча с воришкой, но конвой уже скрылся из вида, а чувства продолжали сбоить, заставляя слышать далекий рев толпы, от которого начинало сильнее биться сердце.

- Там что проводятся какие-то аукционы или распродажи? – спросила Агва, указывая в сторону, откуда доносился рев толпы.

Керасп нахмурился, не сразу сообразив, о чем идет речь.

- Рев толпы, - сказала ведьма. – Ты разве не слышишь?

- Рев толпы? – Керасп прислушался.

- Рев стал четким, после того, как я встретила воришку и стражников.

- А! – наконец-то сообразил Керасп. – Наверное, ты слышишь звуки голосов с площади, где наказывают провинившихся.

- Провинившихся?

- Да. Воров, жуликов, карманников, спекулянтов, продавцов запрещенными товарами…

- Тянет к площади, как магнитом, - призналась Агва.


- Это происходит со всеми новичками. Таковы правила… - стражник вздохнул, признаваясь, что совершенно забыл об этом. – Можно было бы обогнуть площадь Наказаний, а так… - он непристойно выругался, сказав, что придется отклониться от маршрута и побывать на площади.

- Это обязательно?

- Лучше потратить пару минут на дорогу до площади Наказаний и обратно, чем мучиться, пока не покинешь рынок, потому что обострившиеся протоколы не позволят тебе думать ни о чем другом.

Ведьма тяжело вздохнула, решив, что новый знакомый осведомлен о местных правилах и порядках лучше, чем она.

- Первый раз пытаешься продать мантикору? – спросил Керасп.

- С чего ты взял?

- Будь это иначе, ты бы знала правила рынков.

Агва решила, что промолчать будет лучше всего. Стражник кивнул, приняв молчание за согласие, и спросил ведьму из далеких земель, сменившую образ на голиафку, о подельниках.

- Нет никаких подельников, - попыталась соврать она.

- Правда? – ухмыльнулся Керасп. – С кем тогда ты оставила мантикору? Кто присматривает за монстром? Сквадеры? – он хрипло рассмеялся.

- Я могла заколдовать ее, - буркнула Агва первое, что пришло в голову.

- Заколдовать? – опешил стражник. – Гм! Первый раз слышу, чтобы укротительницы умели колдовать на таком уровне. Ты что, возомнила себя ведьмой из Далеких земель?

- Нет, конечно… - нервно рассмеялась Агва, радуясь, что улица, по которой они шли, вывела их к площади Наказаний, упиравшейся в скалистые стены громадной пещеры.

По камням стекала темная слизь, собираясь в установленные каменные бочки, где сидели нарушители. Рядом стояли стражники с клинками, нанося рубящие удары каждые полминуты, заставляя провинившихся нырять в бочки. Толпа собравшихся зевак приветствовала происходящее радостными воплями.

- Что это за слизь? – спросила Агва.

- Нечистоты, - ответил Керасп. – Слышала о том, как устроены очистительные сооружения на игровой площадке «Голод»?

- Слышала, что там на нижних ярусах невозможно дышать от смрада.

- Создатели «Фив», думаю, позаимствовали идею этой слизи оттуда. Своеобразное классовое деление – чем выше к чертогам Старца, тем чище.

- Хочешь сказать, что эта слизь… - Агва брезгливо принюхалась. – Мерзость! – скривилась она, наблюдая, как провинившиеся в очередной раз ныряют в нечистоты, чтобы спасти себе жизнь.

Зеваки загалдели громче обычного. Ведьма не сразу поняла, что послужило причиной оживления. Неожиданно днища бочек с нечистотами открылись, и воры покатились по желобам в яму нечистот, булькающую в стороне от деревянного эшафота.

- Все закончилось? – спросила Агва, надеясь, что наконец-то может уйти.

Зеваки, продолжая галдеть, потянулись к яме нечистот. Часть отстойника была скрыта каменными глыбами, и когда ведьма, не в силах противостоять движению толпы, приблизилась к яме, то поняла, что она намного больше, чем казалось прежде. Яма была, скорее, крошечным озером, на берег которого выбрались нарушители, где им тут же надели на шеи браслеты с приклепанными длинными шестами. Экзекуция продолжилась. Появились несколько бывших укротительниц с розгами. Ворам нанесли по десять ударов по каждой руке, ломая пальцы и срывая с костей плоть. Контрабандистам предназначалось получить такое же количество ударов по пяткам.

Одного из нарушителей оставили напоследок. Старый голиафец извлек из горна раскаленную докрасна маску. Держа маску щипцами, он подошел к нарушителю, которого стражники прижали к земле. Приговоренный к наказанию голиафец извивался и жалобно завывал, прося о пощаде. Затем раскаленную маску приложили ему к лицу, и мольбы превратились в дикий крик, разбавленный жутким шипением горящей плоти. Толпа одобрительно взревела. Экзекуция продолжалась несколько секунд. Внутри маски был нанесен специальный узор, выжигавший кожу избирательно, и когда палач убрал маску с лица нарушителя, Агва увидела клеймо предателя – заключенный в квадрате круг. Информация о том, что означает эта фигура, находилась в доступных информационных блоках игровой точки сборки.


- Что натворил этот бедолага? – спросила Агва.

- Наверное, сотрудничал с врагами горного народа, - проворчал Керасп.

- Говоришь так, словно сочувствуешь предателю, - подметила ведьма.

Стражник едва заметно пожал плечами. Агва сочла это хорошим знаком – если что-то пойдет не так, то можно будет попытаться завербовать нового знакомого. «Вероятно, стоит попробовать намекнуть прямо сейчас», - подумала ведьма, но ее отвлек недовольный гул собравшихся зевак, провожавших неодобрительным гиканьем преступников, которых уводили стражники.

- Куда их теперь? – не удержалась от вопроса Агва.

- Выведут за границы рынка и отпустят, - сказал Керасп. – А если они вернутся и снова попадутся за свои злодеяния, то… - стражник прервался, потому что толпа снова завыла, приветствуя новых несчастных на эшафоте.

Задержанных провели мимо бочек с нечистотами к обагренным кровью плахам.

- Им что, отрубят головы? – опешила Агва.

- Только тем, у кого на лице есть клеймо предателя. Остальные останутся без кистей, если они были ворами, или без ступней, если были контрабандистами.

- Жесть, - передернула плечами ведьма.

- Да ладно, - усмехнулся Керасп. – Это ведь просто игра. Они все равно почти ничего не почувствуют.

- А если те, кому отрубят голову, заложили свои тела в незаконном терминале? – оживилась Агва. – Знаешь, как это было с Прай-Ми и его братом, когда они чуть не погибли во время обрушения «Голода»…

- С кем?

- С создателями игровой площадки «Мекка».

- Никогда не слышал о такой.

- Никогда? – Агва нахмурилась. – Как долго ты уже играешь?

- Лет пять.

- Ого! Богач, ставший игроманом?

- Нет, - Керасп снисходительно улыбнулся. – Просто попал в исследовательскую программу Иерархии. Клирики сказали, что хотят изучить влияние длительного пребывания на игровой площадке на сознание человека. Кажется, аналитики болтали о деградации ядер личности, но я не особенно в этом разбираюсь, так что… - он демонстративно пожал плечами.

- И что, ты пять лет не покидал «Фивы»?

- Ну, до рекорда мне еще очень далеко, - рассмеялся стражник. – К тому же пребывание в «Фивах» ничего особенно не отличается от обычной жизни на втором уровне реальности. Думаю, клирикам просто заняться нечем, пытаясь найти недостатки игровых площадок, построенных в Подпространстве – проще закрыть сразу весь Квазар… Только… не думай, что я старик. Клирикам для проверки нужны были молодые, того же возраста, что большинство игроманов, - он хитро прищурился. – Ну, а как насчет тебя?

- А что на счет меня?

- Судя по тому, как ты себя ведешь, могу сказать, что ты молодая, но играешь давно, хотя образ голиафки для тебя в новинку. Угадал?

- Отчасти, - улыбнулась Агва.


- Ты не молодая, или играешь не так давно, как я решил?

- Нет, здесь ты все верно подметил.

- И кем ты была до того, как стала голиафкой.

- Ведьмой Далеких земель.

- Телебом? – опешил Керасп.

- Не любишь телебов?

- Да дело не в этом, просто… - он отступил на шаг, окинув новую знакомую внимательным взглядом.

- Что? – зарделась Агва.

Керасп качнул головой, затем все-таки признался, что не может представить ее ведьмой.

- Телебы такие маленькие, а ты сейчас такая большая и… крупная… - он смутился, но замолчать не смог. – Плюс еще все эти татуировки на теле и скарификация. Да и волосы…

- Телебы тоже волосатые, - снисходительно улыбнулась Агва.

- Но не настолько, как голиафцы!

- Не настолько, - согласилась ведьма, превратившаяся в укротительницу мантикор.

За разговором, они оставили площадь Наказаний и не заметили, как оказались в районе рынка, где торговали не вещами, а навыками. В основном это были боевые искусства. Полигон, где различные воины обучали желающих за щедрую плату, был заполнен как реальными покупателями, выстроившимися в очередь, чтобы приобрести тот или иной прием, так и простыми зеваками, пришедшими поглазеть на телебов, воинов Тидея, Ареса, Оместеса. Встречались там даже гриллы – разумные монстры Аида, целью которых была охота. Собравшиеся зеваки шептались, что гриллы очень похожи на голиафцев, по крайней мере, размерами и мощью. Рядом с гриллами постоянно находились маги, блокировавшие заклинаниями инстинкт убийцы, превращавший гостей из Аида в машины смерти. Зубы гриллов были так остры, что они сгрызали свои языки. Но в глазах, при учете, что действует заклинание блокировки гнева, проглядывался разум.

Они были с головы до ног покрыты шерстью, и от них невыносимо разило псиной. Зеваки презрительно кривились, но затем чувствовали сладкий запах разлагающейся плоти восставших мертвецов армии Оместеса, и боязливо смещались к выглядевшим менее опасными воинам Ареса, что было ошибкой, так как последние умели и любили убивать не меньше гриллов, зато были чертовски хитры и расчетливы. Впрочем, воины Тидея, иддалы, тела которых были усеяны десятками глаз, представляли не меньше опасности. Несколько магов, демонстрируя неприступность иддалов, у которых не было головы, а рот находился в районе живота, обещали за умеренную плату добавить любому голиафцу дополнительную пару глаз, что позволит развивать сложные навыки видения боя, доступные иддалам.

- Повозку можно достать на следующей улице, - сказал Керасп.

Покинув сектор боевых искусств, они, как решила сначала Агва, оказались на окраинах рынка, но затем взгляд зацепился за массивные ворота, преграждавшие проход в закрытую часть поселения.

- Что там? – спросила ведьма, не обращая внимания на продавцов повозок, выстроившихся в ряд.

- За этими воротами невольничий рынок, - нехотя пояснил Керасп. – Рабов обычно привозят на этом, - он указал взглядом на повозки. – Продажи идут хорошо, так что назад проще идти налегке. Да и тяговых животных, как правило, удается продать, как и рабов. У телебов это кромны, у торговцев Аида упряжки люмидов, если это конечно не демоны-ящеры зоргулы, способные сами тянуть груженую повозку.

- Фу! – скривилась Агва, вспоминая свои приключения в Аиде. – Помню, как-то раз я встречалась с зоргулами… - она осеклась, сбивчиво добавив, что это случилось во времена, когда у нее был персонаж ведьмы.


Пара зоргулов, находившихся поблизости, тихо зашипела, высунув раздвоенные языки. Они были размером с крупного телеба, но передвигаться предпочитали на четырех лапах, хотя могли ходить и на двух задних конечностях, как большинство доступных для игроков персонажей «Фив». В красных глазах зоргулов вспыхнул огонь.

- Брр! – передернула плечами Агва. – Думаю, с этими о скидке договориться не удастся.

- Ты стеснена в средствах? – удивленно поинтересовался Керасп, помня, что нанимая его в проводники, укротительница не скупилась с оплатой.

- Нет, просто не хочу иметь ничего общего с зоргулами, - соврала Агва, хотя в действительности боялась, что бывшие демоны Аида, превращенные, согласно легенде, за верную службу в Закрытом городе в ящер, смогут заметить остатки колдовства, благодаря которому она из ведьмы Далеких земель смогла стать голиафкой. – Думаю, они слишком хитрые и коварные.

- Тогда можно попробовать сторговаться с телебами, - предложил Керасп.

- Да, телебы, пожалуй, подойдут, - оживилась Агва.

Они приблизились к хмурым, низкорослым продавцам, едва достигавшим голиафцам до пояса.

- Нужна повозка? – спросил один из них.

Агва кивнула. Он жестом указал на три крытых повозки. Ведьма выбрала ту, каркас которой показался самым крепким.

- Двадцать золотых, - сказал телеб.

- Десять, - возразила Агва, чувствуя, как ее начинает душить свойственная всем голиафцам жадность.

- За десять можешь забрать крайнюю повозку без тента, - сказал телеб.

- Она слишком хлипкая, к тому же мне нужен тент.

- Тогда девятнадцать золотых и не монетой меньше.

- Пятнадцать.

- За пятнадцать можешь взять ту повозку, что стоит в середине.

- Я уже сделала выбор, - прищурилась Агва, протягивая руку к кнуту, изготовленному из голиафской кобры.

Телеб помялся, и сказал, что готов уступить требуемую повозку и тент за семнадцать золотых. Интегрированная в игровую точку сборки жадность подталкивала Агву продолжать торги, но она смогла одержать верх над алчностью, согласившись на условия сделки.

- Помоги мне найти кромна или упряжку люмидов, чтобы тянуть повозку, и считай, что наша сделка свершилась, - произнесла она.

- Какого кромна? – опешил телеб. – Во-первых, все тягловые животные давно проданы, а во-вторых, улицы рынка слишком узкие. Здесь запрещено пользоваться кромнами или люмидами.

- Вот как… - растерялась Агва, меряя купленную повозку оценивающим взглядом.

- Ты же голиафка, - сказал телеб, решив, что покупатель хочет разорвать сделку. – Посмотри, какая ты сильная. Повозка пустая. Для меня тащить ее – слишком тяжело, а для тебя… - он замолчал, ловко ловя брошенный Агвой кошель с золотом.

Пересчитав монеты, телеб кивнул, подтверждая, что все в порядке. Раскрыв замок и вытащив пропущенную между спиц задних колес цепь, он помог выкатить повозку.

- Тент, - напомнила Агва.

Телеб широко улыбнулся.

- А я надеялся, ты забудешь, - признался он.

- Надень тент на каркас повозки, - сухо велела Агва, понимая, что сама будет делать это слишком долго.

Телеб помялся, затем увидел сребреник, и охотно выполнил указание.

- За сребреник я бы и сам мог натянуть тент, - проворчал Керасп, когда они с Агвой, взявшись за упряжь, потянули повозку прочь от невольничьего сектора рынка.

Агва промолчала, прикидывая, как, добравшись до ожидавшей ее группы диверсантов из Далеких земель, потащит через весь рынок повозку, в которой они спрячутся. Сейчас повозка была пуста, ей помогал голиафец, но не прошли они и половины пути, как тело покрылось потом, а в мышцах появилось неприятное жжение. «Нет, одной мне, пожалуй, не справиться с повозкой, когда в ней спрячется группа Тароса и мантикора», - решила Агва. Вдвоем с Кераспом они, возможно, смогли бы справиться с задачей, но не в одиночку. «Значит, придется рискнуть», - сказала себе ведьма, потратив на поиски альтернативного решение пару минут.


- Керасп? – обратилась она к своему проводнику, воспользовавшись заминкой, вызванной какой-то толчеей впереди улицы у шатра голиафца, предлагавшего опасных змей, посаженных в стеклянные сосуды, где рептилии шипели, тщетно пытаясь прокусить стекло. – У меня есть к тебе предложение, - сказала Агва, встретившись с Кераспом взглядом.

- Хочешь нанять меня, чтобы я помог тебе тащить повозку с мантикорой? – догадался он.

- В каком-то роде.

- И сколько ты заплатишь? Мне ведь придется надолго отлучиться с поста. Я и так уже нарушил ряд правил…

- Ты получишь больше, чем можешь себе представить.

- Как это? – нахмурился Керасп.

Взгляд его стал колючим, но Агва не отвернулась.

- Ты знаешь рынок. Пока мы шли за повозкой, я видела, как стражники проводят проверки. Мне это не нужно. Но без тебя я не смогу избежать досмотров.

- Заплатишь золотой, и любой стражник притворится, что не заметил мантикору, - усмехнулся Керасп. – Думаю, на черном рынке подобные монстры пользуются спросом, так что ты можешь позволить себе…

- Я не смогу тащить повозку одна. К тому же… - Агва незаметно достала смазанный ядом голиафской кобры нож, решив, что если Керасп откажется от ее предложение, то она тут же убьет его, чтобы он не сумел раскрыть тайны о диверсантах. – К тому же в повозке будет не только мантикора…

- Еще контрабанда?

- В каком-то роде…

- Ты говоришь загадками.

- Вместе с мантикорой в повозке будет находиться группа телебов.

- Шпионы? – скривился Керасп, и Агва с трудом сдержалась, чтобы не нанести ему смертельный удар отравленным ножом.

- Нам нужно пробраться в чертоги Старца горы, - произнесла она.

Мышцы были напряжены. Ведьма готовилась к любому повороту событий, настраиваясь на худшее. Керасп молчал. Его большие глаза не мигая смотрели на новую знакомую, переваривая услышанное.

- Вас что… - он понизил голос до свистящего шепота. - Вас что, нанял кто-то из врагов Старца? – Керасп нахмурился, увидев, как Агва качнула головой. – Что тогда?

- Нападение на чертоги Старца должно стать сигналом, - так же шепотом сказала ведьма. – Начнется смута. Нас поддержат завербованные фидаины и другие голиафцы, среди которых есть даже те, что управляют строительными червями… - Агва выдержала небольшую паузу, ожидая реакции стражника.

- Вам не скинуть Старца, - произнес он, не скрывая, что ожидал большего. – Горный народ – это огромный мир. Пара дюжин предателей и диверсантов не смогут ничего сделать.

- Я разве сказала о паре дюжин? – Агва сверлила Кераспа взглядом. – С одной стороны Голиафских гор сигнала начала бунтов ожидает объединенная Прай-Ми армия телебов, а с другой стороны, в землях Аида, его брат ведет переговоры с гильдией торговцев, которым по силам собрать еще одну армию…

- Разве в игровые точки сборки телебов не прописана междуплеменная вражда? – осторожно спросил Керасп.

- А разве в Горном народе были прежде рынки? – ответила вопросом на вопрос Агва.

Керасп задумался. Толпа вокруг загудела, реагируя на какое-то событие. Зазвенели клинки стражников.

- Держи его! – закричал кто-то рядом.

Послышалось ржание напуганных кромнов.

«Если убивать Кераспа, то лучшего момента не придумаешь», - решила Агва, понимая, что суета поможет ей скрыться, а дальше… Дальше они что-нибудь придумают. Можно будет попробовать обогнуть рынки, сражаясь с буньипами, или…

- Присоединяйся к нам, - предложила Агва, глядя Кераспу в глаза.

Он долго молчал, и когда ведьма была готова воспользоваться отравленным ножом, неожиданно кивнул, заключая новую сделку.

Глава третья


Оставьте комментарий!

grin LOL cheese smile wink smirk rolleyes confused surprised big surprise tongue laugh tongue rolleye tongue wink raspberry blank stare long face ohh grrr gulp oh oh downer red face sick shut eye hmmm mad angry zipper kiss shock cool smile cool smirk cool grin cool hmm cool mad cool cheese vampire snake excaim question

Регистрация на сайте не обязательна (просьба использовать нормальные имена)

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Site4WriteAuth.

(обязательно)

| Horror Web