С.Дэйвис - 2.5 Голубой автобус

/ Просмотров: 142982

Стивен Дэйвис "Джим Моррисон / Жизнь, смерть, легенда" (оглавление)

Перевод - В.Вавикин

Моррисон

2.5 Голубой автобус

Джимми прибыл в Калифорнийский Университет в Лос-Анджелесе (UCLA) в середине января 1964, записавшись на факультет театрального мастерства, выбрав в качестве профилирующей дисциплины киноискусство, начав вторую половину своего обучения. (Не известно, платили его родители за обучение в Калифорнийском Университете или нет. Один источник утверждает, что его дедушка и бабушка оказывали ему финансовую поддержку. Другие предполагают, что ему удалось получить деньги из установленного отцом при его рождении накопительного фонда для колледжа). Джимми нашел небольшую квартиру на Гошен-Авеню, недалеко от Калифорнийского Университета (UCLA) в Вествуде – в то время тихая университетская деревня – где он с головой окунулся в рутину богемного студента на периферии институтской жизни. Чтобы продолжать покупать книги, Джимми нашел себе работу на полставки в библиотеке Пауэл – ново-мавританский колос из красного кирпича поперек покрытого травой двора напротив концертного зала Ройс-Холл. Сокурсники запомнили его как полного, взъерошенного парня в сбитых теннисных туфлях, толкающего тележку с книгами, чтобы расставить их на стеллажах. Каждый час на башне Пауэл били колокола, сигнализируя перерыв и смену занятий. Эти колокола, как Джимми доверительно написал в записной книжке, приносили ему высшую степень удовлетворения, которую он чувствовал уже многие годы. Он наконец-то вернулся в Калифорнию – единственное место, где Джимми чувствовал себя комфортно. Однажды вечером, находясь в хорошем настроении, Джим устроил свое летное представление для нескольких новых друзей. Он поднялся на колокольню и, когда часы пробили полночь, сбросил вниз свою одежду.

В 1964 изучение кинематографа было новой научной областью, и студенты, которые обучались на эту специальность, рассматривались как ленивые тупицы, косящие от армии. Их занятия проходили в нескольких ржавых ангарах, собранных из гофрированного железа, которые остались со Второй Мировой Войны. Школа кинематографа Университета Южной Калифорнии (USC) была старейшей организацией во всем городе. Но в то время как школа USC была ориентирована на то, чтобы выпускать студентов с техническими навыками, которые смогут получить работу в киноиндустрии Голливуда, большинство богемных студентов UCLA были заинтересованы современным кинематографом, авторскими фильмами, французскими фильмами Новой Волны, авангардом, андеграундом и экспериментальным кино. В USC студенты факультета кинематографа читали «Variety». В UCLA студенты читали «Cahiers du Cinema» и «Film Culture», основанный Йонасом Мекасом. Когда студенты факультета кинематографа UCLA молились, их лица были обращены к Французской синематике в Париже.

Героями школы кинематографа UCLA были Жан-Люк Годар и Франсуа Трюффо; Норман Мейлер и Джон Кассаветис, которые делали бедно-литературные фильмы, идя в разрез Голливудским традициями; Энди Уорхол и его трансформация поп-арт идей в не-нарративные фильмы, такие как «Empire» - восьми часовой фильм с фиксированным планом, направленным на Эмпайр-стэйт-билдинг в Манхэттене; и Стэн Брэкидж, который обращался со своими катушками фильмов, как если бы это были холсты художника, иногда делая наброски или рисуя, чтобы сделать абстрактную совокупность мысленных образов экспрессиониста на экране.

Учительский состав представлял интересную смесь из работающих неполный день голливудских режиссеров таких, как Стэнли Крамер и хотя бы одного из европейских режиссеров старой школы. Джим был разочарован, что Жан Ренуар, автор фильма «Правила игры», только что покинул университет, но прибытие легендарного Джозефа фон Штейнберга с лихвой возместило отсутствие Ренуара. У Джимми была возможность посмотреть ставшие классикой фильмы фон Штернберга – «Голубой ангел» и «Дьявол – это женщина» - с комментариями режиссера, который говорил с показным немецким акцентом. (Позднее Джим скажет, что последний фильм Штернберга «Анатахан» произвел на него глубокое впечатление). Джимми и его сокурсник Рэй Манзарек учились у фон Штернберга вместе, и Манзарек позднее считал это переломным моментом, когда говорил о корнях немецкого экспрессиониста у группы Doors. «Джимми, - он говорил, - изучал неулыбчивый, вялый язык тела Мерлин Дитрих – величайшей звезды фон Штернберга, и копировал эту манеру позднее, когда позировал одетый в кожу на рассвете группы Doors».

Факультет и студенты Калифорнийского Университета в Лос-Анджелесе (UCLA) гордились тем, что зачастую следуют гипер-чувствительности в отличие от Голливуда, который все еще продавал культуру крысиного гнезда пятидесятых, состоящего из девок и попоек, и в действительности никогда не получал признание Америки шестидесятых.

Есть доля иронии в том, что единственным сокурсником Джимми по университету, который смог добиться успеха, как кинорежиссер, отвечая за весь фильм, был Френсис Форд Коппола. Джимми любил смешанную культуру своего университета, приобщался к ней, поддерживал свои оценки на хорошем уровне. Он говорил друзьям, что ему нравилась школа кино, потому что история кинематографа насчитывала всего семьдесят лет. «Каждый может стать экспертом, - говорил он. – Вот, что мне больше всего нравится в кинематографе». В свое свободное время он садился в синий автобус, который возил студентов Калифорнийского Университета в Лос-Анджелесе на пляж и пирс Санта-Моники. Его нос всегда был в книге: сага Джона Речи «Город ночи» о страданиях гомосексуалиста-проститутки или Дэйв Уоллис и его пост-апокалиптическая новела «Выжили только влюбленные». Ультра утонченная песня саксофониста Стэна Гетца «Девочка из Ипанема» была большим хитом на радио – звуки битов этой бразильской боссанова будут заметны в ранних записях Doors. «Another side» Боба Дилана намекал на предстоящий переход пост-бит фолк-поэтов к электронной музыке. Beatles неистовствовали с «I Want to Hold Your Hand». И девочки снова начинали визжать от рок-н-ролла. Джимми смотрел первое эпическое появление Beatles на Шоу Эда Салливана в феврале 1964 вместе со всей Америкой.

Отделение кинематографии факультета театрального мастерства было небольшим, всего несколько дюжин студентов, и Джимми вскоре занял центральное место в этой группе экзистенциональных людей плохо приспособленных к жизни, как и он сам. Они зависали в основном в «Lucky U» - мексиканский ресторан сразу за кампусом, главной отличительной чертой которого были повар по имени Панчо, работавший на открытой кухне, и большая тарелка с комбинированным блюдом, которое коренастый и весящий больше нормы Джимми любил запивать мексиканским пивом.

Большинство из друзей Джима по университету оставались рядом с ним до конца его жизни. Одним из них был Денис Джейкоб, известный как Проныра или Горностай. Эти прозвища он получил за свой вороватый вид и суетливую походку. Он был так же хорошо начитан, как Джимми и мог спорить о точках зрения Ницше всю ночь. Кинолюбитель Джон Дибелла – толстый сын копа из Нью-Йорка, который хвастал, что украл книг больше, чем Джейкоб читал. Фил О’Лено был одержимым фанатом Орсона Уэллса. О’Лено все еще жил в квартире своего отца-юриста – за это Джимми часто дразнил его. Пол Феррара был кинооператором, который безупречно владел шестнадцати миллиметровой камерой Болекс. Аллена Роне уважали лишь за то, что он был французом и как-то раз встречался с Анри Ланглуа – основателем «Cinémathèque Française» (Французской синематики). Фрэнк Лисциандро мечтал стать монтажером. У него был наметанный взгляд критика. Он восхищался странностью Джимми и его наркотической харизмой. И, конечно же, среди этих друзей был Рэй Манзарек.

Рэй был старше большинства других студентов, и технически являлся выпускником. Родившись в 1939, он воспитывался в польско-американской семье в Чикаго, где обучался игре на пианино и слушал по радио блюз-ди-джеев, таких как Эл Бенсон и Биг Билл Хилл, которые играли работы мастеров блюза: Мадди Уотерса и Хаулин Вулфа. Рэй закончил университет Де По (специальность экономист), отслужил два года в армии и последовал за своей семьей в Калифорнию, где они поселились в Манхэттен-Бич – юго-западный пригород Лос-Анджелеса. Рэй поступил в юридическую школу Калифорнийского Университета в Лос-Анджелесе (UCLA), но отучился там всего две недели, а затем перевелся на факультет кинематографа. Рэй был чем-то вроде звезды в университете, потому что встречался с экзотично-красивой японо-американской девушкой, Дороти Фуджикава, а так же выступал в барах с двумя своими братьями. Их группа называлась «Rick and Ravens».

Еще одной причиной его крутости было то, что он выступил против факультета и победил. Будучи рьяным поклонником европейских режиссеров, таких как Ингмар Бергман и Микельанжело Антониони, Рэй создал свой студенческий фильм главным образом из невинного монтажа сцен, в которых соблазнительная Фуджикава принимает душ – невинная последовательность, которую счел слишком непристойной один из профессоров, тупо приказав вырезать это из конечной версии, чтобы показать в зале Ройс-Холл на малопрестижной выставке лучших студенческих работ того года. Рэй отказался вырезать сцену с душем, вступил в спор с комиссией, которая собралась обсудить проблему, и доказал свою точку зрения, отстояв право показать не цензурированную версию своего фильма. Это впечатлило весь факультет. Джон Дибела познакомил Рэя с Джимми, который появился на праздничном показе студенческого фильма Рэя 1964 года «Induction». До создания группы Doors оставалось чуть больше года.

Во время пасхального перерыва, Джимми и пара его друзей провели несколько разгульных дней в районе скандально известной Авеню-Революшн в Тихуане. Джимми развлекался, болтая с проститутками, напивался в стельку пивом и текилой, и бегал от свор бродячих собак, когда бары закрывались на рассвете.

Феликс Венабл был еще одним студентом-выпускником, который оказывал длительное влияние на Джимми. Феликсу было уже тридцать пять, выпускник Беркли, классический архетип начала шестидесятых: профессиональный студент и битник. Прогнивший до мозга костей, он был неприлично тощим, с тонкими светлыми волосами и острым носом, выступающим на изможденном лице. Рэй Манзарек, который тоже знал Феликса, описывал его как: «просто злобный хрен». Он жил в грязном бунгало в районе каналов сточных вод приходящего в упадок Вениция-Бич, где горстями глотал «спиды», пил вино и превращал голодного, обидчивого Джимми Моррисона, который не мог еще легально покупать себе пиво, в алкоголика.

Все в университете считали Феликса мудаком. Джимми Моррисон считал его клевым, и принимал, как своего наставника, потому что у Феликса была некая бит-мудрость, которой он мог поделиться с ним. Феликс последовал за недовольными битниками Норт-Бич, которые покинули Сан-Франциско, когда город встал на коммерческую ногу, и переселись в вонючий, приходящий в упадок Венеция-Бич. Феликс знал многих поэтов и очаровывал Джимми бит-легендами. Одной из них был подвиг Грегори Корсо, когда он пробрался ночью в больничную палату Дилана Томаса и смотрел, как тот умирает, находясь в алкогольной коме, пока дежурившая ночью медсестра не обнаружила Корсо и не вышвырнула его вон. Вскоре после того, как Джимми начал зависать с Феликсом, он начал бормотать цитаты Дилана Томаса: «Все, что скрыто, нужно обнажить. Снять с себя тьму, значит очиститься». Или: «Моя поэзия является или должна быть полезной для меня лишь по одной причине. Это свидетельство моего личного прорыва из тьмы к некоторой мере света».

Вероятно, именно Феликс дал Джимми впервые попробовать LSD, и установлено, что вдвоем они начали галлюцинировать во время воскресной экскурсии в пустыню на юго-востоке от Лос-Анджелеса. Они ездили к дереву Джошуа в высокой пустыне или в каньон Санта-Ана, где, как думали индейцы, жил дьявол.

Во время одной из поездок к скрытым каньонам недалеко от Палм-Спрингс, в трех часах восточнее Лос-Анджелеса, у Джимми было волнительное, почти шаманическое видение, вернувшее его в детство, когда он стал свидетелем аварии индейцев. Феликс, возможно, был первым человеком, которому Джимми рассказал о своей идеи, что душа одного или нескольких индейцев вселилась в его «хрупкие, словно яичная скорлупа мысли ребенка», когда он смотрел, как они умирают на дороге.

Вернувшись на Гошен-Авеню, Джимми с головой окунулся в изучение шаманизма, как если бы собирался использовать эти знания, для создания своего будущего образа. В культурах племен шаманы рассматривались, как промежуточное звено между племенем и миром духов, лечили больных и поддерживали баланс между кланами. Шаманизм очаровал Западную философию и психологию еще с тех пор, как русские миссионеры рассказали о сибирских целителях в 1700 годах, а открытие внешних границ Америки принесло медицину племен и их шаманов в народную культуру. В шестидесятые, с интенсивным возрождением интереса к спиритическим профессиям, ритуалы и шаманы рассматривались, как привлекательные и нетрадиционные останки религиозных обычаев сохранившихся со времен античности и даже старее. К 1964 году Тимоти Лири уже приравнял практику приема психоделиков к галлюциногенным путешествиям шаманов к богам и обратно.

Есть предположение, что именно Феликс рассказал Джимми о бывшем студенте антропологе, некогда учившимся в Калифорнийском Университете Лос-Анджелеса (UCLA), которого он знал – серьезный парень, проделавший обширную исследовательскую работу в мексиканской пустыне Сонора с колдуном, шаманом индейцев яки. У Джимми были небольшие связи на факультете, и, по-видимому, он узнал, как связаться с Карлосом Кастанедой, чья диссертация стала бестселлером 1968 года и библией контркультуры «Учения Дона Хуана: Путь знания индейцев яки». Поэт Майкл Форд был в университете в то время, и он верит, что Моррисон встречался с Кастанедой, но никаких свидетельств этой встречи не сохранилось. Пятнадцать лет спустя, когда Кастанеду спросили, встречались ли они с Моррисоном, он сказал, что не помнит об этом. Однако летом 1964 Джимми начал включать индейские шаманические импровизации в свое духовное жизнеописание, для всех, кто готов был слушать.


2.6 Тайный алфавит


Комментариев: 1 RSS
Выходец Из Арройо1
2013-02-12 в 00:22:36

Вот и дочитал я до Кастанеды. Хитрюга Карлос ни за что не признался бы даже в том, что его зовут Карлос! О беседах Кастанеды с Моррисоном можно сочинять отдельный роман. Жаль только, с кактусами у нас в Питере напряжёнка...

Оставьте комментарий!

Регистрация на сайте не обязательна (просьба использовать нормальные имена)

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Site4WriteAuth.

(обязательно)

Site4Write: сайты для писателей