С.Дэйвис - 2.6 Тайный алфавит

/ Просмотров: 149950

Стивен Дэйвис "Джим Моррисон / Жизнь, смерть, легенда" (оглавление)

Перевод - В.Вавикин

Тайный алфавит

2.6 Тайный алфавит

Лето 1964 было «Летом свободы» на американском юге. Во время регистрации черных избирателей в Миссисипи были убиты представителями Ку-клукс-клана студенты колледжа. Джимми напился и орал «нигер» на территории кампуса, но в Калифорнийском Университете Лос-Анджелеса (UCLA) с его незначительным меньшинством черных студентов, подобное поведение лишь раздражало доброжелательных преподавателей и учеников. Как у консервативного южанина, у Джимми, видимо, был расистский страх перед черными людьми, который к несчастью выходил на поверхность, когда алкоголь снижал его самоконтроль.

Этим летом песни группы Beach Boys «Fun Fun Fun» и «I Get Around» часто крутили на радио вместе с мрачными блюз-странствиями «Tell Me» группы Rolling Stones. В Южной Калифорнии новый спортивный Ford Mustang, красные мотоциклы Honda, и скутеры Vespa были в моде, но Джимми передвигался повсюду пешком, устало шаркая ногами от подушки до работы в библиотеке, если, конечно, не уговаривал свою девушку подвести его. Живя с матерью, братом и сестрой в Коронадо этим летом, он начал новую записную книжку, вероятно в июле, и написал на обложке «Записи о видении» (Notes on Vision). Позднее опубликованные, как часть его первой книги, краткие записи и очерки в этой и других скрепленных спиралью записных книжках, начинались с явного уважения недавно прочитанным «Озарениям» - легендарная коллекция стихотворений в прозе, написанных французским несносным ребенком по имени Артюр Рембо.

Рембо был идеальным образцом потерянного поэта для Джимми Моррисона и для всех остальных битников. Вся агония романтизма девятнадцатого века была в этом девятнадцати летнем подростке-гении, инстинктивном, бесцеремонном поэте-любителе, который бросил писать в возрасте девятнадцати лет. Ни одна из работ не была опубликована в период его недолгой жизни, которая закончилась в возрасте тридцати семи лет в Эфиопии, где он торговал рабами и поставлял оружие для повстанцев. Невозможно переоценить влияние, которое Рембо оказал на Джима Моррисона. Много ярких образов из «Озарений» (the Universal Mind, the feast of friends, the face in the mirror) позднее появились в текстах группы Doors, написанных Джимом, и он, очевидно, позаимствовал поэтические вдохновения для «The Lords» и «New Creatures» из сюрреалистических эпиграмм Рембо. Более важным было то, что Джимми слепо принимал знаменитые поэтические манифесты Рембо, набросанные в письме другу 1871 года:

«Первым уроком для человека, который хочет стать поэтом является целостное изучение самого себя. Он исследует свою душу, изучает ее, тестирует, узнает. И как только он понимает ее, он развивает ее… Но душа должна быть создана уродливой. Представьте себе человека, который культивирует бородавки на своем лице. Надо, я говорю, быть провидцем; сделать себя провидцем. Поэт делает себя провидцем посредством долгой, непомерной, рациональной дезорганизации всех чувств. В любви, страдании, безумии он ищет себя, он поглощает и переваривает все яды, оставляя лишь квинтэссенцию… Он прибывает в неведении. И даже если, полубезумный в конце, он утратит понимание своих видений, он уже видел их! И пусть он будет уничтожен в своем прыжке всеми этими неназываемыми, непроизносимыми, неисчислимыми вещами: придут другие вселяющие ужас рабочие: они начнут с тех горизонтов, где он погиб».

Читая эти строки вступления в Новой Редакции книги «Знамений», которая принадлежала Джимми Моррисону, он, осознанно или нет, взвалил на себя обязанность следовать утверждениям Рембо, что истинный поэт в действительности подобен вору огня Прометею. Он с готовностью принимал вызов Рембо и осознанно непомерно приводил в расстройство свои чувства каждый день на протяжении всей своей жизни. Первые результаты этого были насыщенными, иногда захватывая дух. Его дневник «Записи о видении» переполнен взращенными факультетом кинематографа пониманиями природы зрения, силами взгляда, достояниями фотокамеры, новой алхимией кинофильма, тайнами серийного вуайериста, снайпером, ужасом телевидения и его охватом всего мира, спиритическими сеансами, мертвыми президентами, снами, тюрьмами, шаманом, матерями и инцестом. Многие страницы пестрели переработанными знаниями о фильмах и преданиях, которые Джимми, как сообщают, почерпнул от Джона Дибеллы. Джимми работал над этими записными книжками почти каждый день пока учился в Калифорнийском Университете Лос-Анджелеса, и некоторые из сырых материалов об эстетике кинематографа, о которых Джимми писал в течение своего последнего года обучения, просочились в газеты.

Позже в это лето Джим вернулся в Мексику со своим братом, Эндрю и старым другом семьи – отставным офицером ВМФ. В обветшалом городе Енсенада Джимми познакомил своего младшего брата с миром женщин и выпивки, таская его из бара в бар, заговаривая с каждой девушкой на улице. «Львы на улице и бродячие собаки во время течки… Он отправился отдыхать на юг, пересек границы, оставив позади хаос и беспорядок».

Вернувшись домой, Джимми напился и начал выступать в кинотеатре базы ВМФ, высмеивая военный этикет. В августе, к радости его матери, он вернулся в Калифорнийский Университет, чтобы заранее подготовиться к началу учебы. Он вышел на свою работу в библиотеке, где получал 1.25 доллара в час, но был уволен новым управляющим, когда не смог появиться вовремя.

В августе 1964 корабль Соединенных Штатов «Бонхоме Ричардс» под командованием капитана Моррисона был на базе в Южно-Китайском море вместе с кораблями «Констеллейшн» и «Тикондерога». После нескольких тайных и провокационных атак на позиции Северного Вьетнама, проведенных американскими спец. силами, капитаны двух американских эсминцев заявили, что они были атакованы патрульными кораблями Северного Вьетнама в Тонкинском заливе. Президент Линдон Джонсон распорядился произвести ответную бомбардировку, использую самолеты авианосцев. Несколькими днями спустя, 7 августа, конгресс утвердил «Резолюцию Тонкинского залива», которая давала правительству Джонсона неограниченные полномочия для помощи Южному Вьетнаму в борьбе с коммунизмом. Хотя это и представлялось непростой задачей в то время – многие конгрессмены и сенаторы позднее заявляли, что были введены в заблуждение – Соединенные штаты были готовы ввязаться в десятилетнюю войну, которая разорвет нацию на части, унесет миллионы жизней, закончится полным поражением и унизит страну. И одна из самых больших ироний той эпохи будет в том, что пока Джим Моррисон становился антивоенным рок музыкантом – «сделайте могилу неизвестному солдату» - его отец вел бесполезную войну против коммунизма на другой стороне земли.

В октябре 1964 в Беркли начались студенческие волнения шестидесятых. Калифорнийский Университет в Лос-Анджелесе (UCLA) был аполитичным учреждением, с часто проводимыми на кампусе вечеринками, а Калифорнийский Университет в Беркли (UC-Berkley) был известен своими острыми взглядами. Незначительные нападки на цензуры в студенческих общинах переросли в сидячие забастовки и демонстрации за гражданские права, которые распространились на другие кампусы по всей Америке. Марио Савио, харизматичный студенческий лидер от движения борющегося за свободу слова, стал первым не имеющим отношения к шоу-бизнесу оратором для послевоенного поколения, которым Калифорния будет сиять на всю Америку, предсказывая политические беспорядки, превалирующие в некоторых Американских университетах на протяжении четырех лет.

Ветры Санта-Ана появляются в Калифорнии каждый год с приходом осени. В отличие от Тихоокеанских ветров, что обычно омывают Калифорнию бризом, ветры Санта-Ана приходят с востока из пустыни, сдувая смог южной Калифорнии назад к загрязненным склонам холмов. Ветра Санта-Ана ассоциируются с плохими новостями и неприятностями: сезон пожаров на сухих холмах, землетрясения, уличная преступность, автомобильные аварии, утопленники, передозировки, хронические головные боли, общие недомогания. Индейцы верят, что эти ветра приходят из каньона Санта-Ана, который Джим и Феликс Венабл посетили наряду с пиком Скорпион-Вумен и другими странными местами в окрестностях Лос-Анджелеса в эту осень. Согласно записям ВМФ, корабль капитана Моррисона вернулся в Калифорнию в ноябре 1964, но Джимми решил, что проведет рождество с семьей Джеффа Мурхауса в Лос-Алтос вместе с подростками из разбросанных семей служащих ВМФ, которые выросли вместе. Каждый день за завтраком Джимми выпивал большой стакан джина, который не оказывал на него видимого воздействия. Мать Джефа, которая знала Джимми с детства, бранила его за выпивку, но он лишь смеялся своим высоким радостным фырканьем и наливал себе еще. Он уедет несколько дней спустя, и Джефф Мурхаус никогда больше его не увидит.

8 декабря 1964 Джимми Моррисону исполнился двадцать один год. Нет уверенности в том, что он встречался со своими родителями в период каникул, хотя один источник утверждает, что Джимми видел свою семью после рождества и, возможно, летал с ними во Флориду, чтобы встретиться с дедушкой и бабушкой, а так же с Мери Верблов. Что известно точно, так это то, что после декабря 1964 Джим Моррисон никогда больше не видел своих родителей.


Глава 3. Учить, чтобы забыть

3.1 Жизнь в клубе «Whisky»


Комментариев: 3 RSS

Этого великого поэта звали Артюр Рембо. Никак не Артур.

Оставьте комментарий!

Регистрация на сайте не обязательна (просьба использовать нормальные имена)

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Site4WriteAuth.

(обязательно)

Site4Write: сайты для писателей