Тайны Андеры. Глава 7


Тайны Андеры

Оглавление

Глава седьмая

Следующие две недели Найдо, Плиора, Новлен и Ромул провели под домашним арестом. Наставники принесли им уйму старых книг, велев прочитать все от корки до корки. Конечно, никто из ребят не осилил подобной нагрузки, хотя Найдо и Новлен старались изо всех сил. Что касается Ромула, то он вообще не мог сосредоточиться ни на одном из древних текстов, все время ожидая, что вновь появятся его усопшие родители. Светящиеся призрачные силуэты мерещились ему повсюду. Он вздрагивал от любого шороха. Разумеется, в качестве наказания наставники закрывали снаружи двери в кельи провинившихся учеников, но когда подобное останавливало призраков?!

Ромул боялся возможного визита и ждал его одновременно. Конечно, родителей не вернуть, но как же хотелось еще раз поговорить с ними, задать несколько вопрос, да просто побыть рядом!

Наставники не спросили Ромула, как он узнал о тигроподобном существе, появившемся из мира туманов, а сам он не собирался говорить им о том, что было на самом деле. Если кто-то узнает о его связи с усопшими родителями, то из института Рашилайи он будет тут же исключен. Но скрывать тайну оказалось невыносимо. Вот если бы рядом была Найдо! Подруга смогла бы понять и сохранить секрет. Но рядом был только Новлен.

– Ты видел своих мертвых родителей? – недоверчиво вытаращил глаза Новлен, когда Ромул все-таки выболтал ему свой секрет.

– Да, только, умоляю тебя, никому больше не рассказывай об этом.

– Конечно, не расскажу! – соврал Новлен, и в этот же вечер за ужином подошел к одному из наставников и долго шептал ему что-то на ухо, надеясь выменять тайну друга на хорошие оценки.

Ромул наблюдал за ним, проклиная себя за болтливость. Он уже видел, как его выгоняют из института, но вместо этого спустя час его вызвали к мастеру По, который потребовал пересказать все, что случилось с ним в недавнюю ночь, когда мальчик спас друзей от тигроподобного существа. Ромул не стал упрямиться.

Когда его история подошла к концу, повисла долгая тяжелая пауза. Мастер По на какое-то время, казалось, просто забыл о стоявшем, понурив голову, ученике.

– Отправляйся в свою келью, – тихо сказал наконец наставник, не поднимая глаз на Ромула.

Мальчик выскользнул в коридор. В груди свербела пустота. Все кончено. Его выгонят из института. Вернут на Рох. А потом… «А что потом?» – Ромул так и не смог представить, как будет жить на родной планете.

Добравшись до своей кельи, он лег в кровать и укрылся с головой одеялом. Новлен о чем-то спрашивал его, но ему не хотелось разговаривать с этим предателем. Лучшим сейчас казалось просто уснуть. Ромул закрыл глаза, стараясь ни о чем не думать. Снов не было. Он парил в темноте, захлебываясь мраком, пока не разобрал далекий голос матери, требовавшей его проснуться.


– Нет, только не снова, – застонал сквозь сон Ромул.

– Тебе грозит опасность, – разобрал он голос отца.

Глаза открылись, но вокруг никого не было.

– Сон, – судорожно сглотнул Ромул, отмечая, что за окнами начинается рассвет.

Бросив короткий взгляд в сторону кровати Новлена, он облегченно выдохнул, отметив, что друг спит. Сам Ромул в эту ночь так больше и не смог сомкнуть глаз. Впрочем, ему бы и не позволили этого – как только началось утро, в келью вышли незнакомые ему наставники, избранные из числа жителей Андеры, и велели следовать за ними. Они были совсем непохожи на гартридов, хоть и обучились на Рохе несколько лет. Ромул хотел спросить, куда его ведут, но боялся нарушать утреннюю тишину, царившую в иснтитуте.

Его сопроводили в закрытое крыло образовательного учреждение. Надпись на двойных дверях гласила, что за ними продолжаются строительные работы, хотя когда Ромул и наставники прошли внутрь, о ремонте там ничего не напоминало. Ромул плохо разбирался в защитных заклинаниях, но то, что здесь их было великое множество, определил с первого взгляда. Простые заклинания, с которыми могли справиться и первоклашки, дополняли настолько сложные, что с ними не смогли бы совладать и посвященные наставники. «Разве что мастер По», – подумал Ромул.

Его провели в огромный зал, где не было ничего, кроме каменного круглого стола в центре и сотен заклинаний. Древние письмена были выбиты в камне, покрывая пол, стены и потолок. На мозаичных окнах тоже находились строки заклинаний.

– Что… Что это за место? – не сдержался Ромул, чувствуя благоговейный трепет.

Наставники переглянулись и взглядами предложили ему сесть. Ромул подчинился. Каменные скамьи, окружавшие столы, были сплошь покрыты заклинаниями на древних языках, к которым он никогда не проявлял способностей. Стол тоже был испещрен непонятными словами.

Взгляд Ромула зацепился за старую книгу с обложкой из черной кожи. Книга лежала в центре стола, и как только он заметил ее, то уже не мог отвести глаз. Книга была знакома ему настолько хорошо, что мальчик сначала решил, что такого не может быть. Еще на Рохе он слышал десятки легенд о книге мертвых. Это был миф, темная сказка. В институте Роха ходили слухи, что нескольких студентов выгнали с кафедры, когда они попробовали заговорить с наставниками о книге мертвых. Упоминание о древнем манускрипте находилось под запретом на Рохе, а тут…

– Это ведь не… – Ромул облизнул пересохшие губы. – Это ведь не книга…

– Все верно, – сказал один из наставников. – Это книга мертвых.

Ромул кивнул, тщетно пытаясь скрыть дрожь.

– Подойди, – услышал он предложение, больше похожее на змеиное шипение, чем на человеческий голос.

Ромул боязливо попытался разглядеть лицо наставника. Капюшон скрывал детали, но мальчик мог поклясться, что наставник был юн.

– Что-нибудь чувствуешь? – услышал он монотонны вопрос, но ему показалось, что голос наставника насквозь пропитан угрозой.

– Что я должен чувствовать?

Наставник не ответил, меряя его тяжелым взглядом.

– Прикоснись к ней, – велел он, когда пауза затянулась.

Ромул посмотрел на книгу и нервно облизнул губы. Ему казалось, что старая кожаная обложка будет холодной и липкой на ощупь. Кончики пальцев буквально почувствовали это.

– Вы правда… Правда хотите…

Тяжелый взгляд наставника убеждал лучше всяких слов. Больше всего сейчас хотелось развернуться и убежать куда-нибудь, забиться в темный угол и не вылезать от туда, пока безумный сон не закончится. Беда была лишь в том, что это был не сон. Ромул сделал глубокий вдох, чтобы набраться смелости и подчинился.

Ничего не произошло. Книга не ожила, мир не содрогнулся в ужасе. Кожаная обложка и та на ощупь оказалось совершенно не такой, как казалось в начале – сухая и шершавая.


– Что теперь? – спросил Ромул, бросив на наставника глуповатый взгляд.

Молчание.

– Я могу попробовать открыть ее? – проявил инициативу Ромул.

– Ну, открой, – теперь в голосе наставника сквозило разочарование.

Ромул перевернул несколько старых страниц, испещренных откровениями древних, и снова посмотрел на наставника.

– Может быть, если бы я понимал, что от меня конкретно требуется, то… – он оборвался на полуслове, увидев, что наставник повернулся к нему спиной и направился к выходу.

Ромул тяжело вздохнул, закрыл книгу и поплелся следом. Он думал, что его сопроводят обратно в келью, где спал предатель Новлен. Каким же было удивление, когда вместо знакомой дороги его повели вглубь тайного крыла института. Внизу живота что-то похолодело. «Это не к добру», – подумал Ромул, нервно оглядываясь. Коптящих лампад становилось все меньше и меньше. Длинный коридор изгибался, и Ромул мог поклясться, что они уже давно находятся ниже уровня земли. Здесь не было сыро, но разыгравшееся воображение заставляло слышать несуществующий звук падающих капель воды и чувствовать смердящий запах склепа. От психологического напряжения Ромул вспотел, и по его лбу покатились крупные капли пота. Больше всего сейчас он боялся, что его отведут в какую-нибудь усыпальницу и оставят один на один с ожившей мумией. Никогда прежде он не боялся историй об оживших мертвецах, но сейчас не мог выкинуть из головы видение, как усопшее тысячи лет назад тело, скрытое бинтами, под которыми копошатся черви, протягивает к нему свои руки и называет по имени.

– Нет, пожалуйста не надо, – заскулил Ромул, хватая наставника за руку.

Кожа наставника была холодной и слизкой на ощупь, но Ромул не сразу обратил на это внимание. Лишь, когда она стала лопаться, слезая с кисти словно перчатка, Ромул судорожно разжал пальцы, но гниющая кожа прилипла к его ладони, и несколько долгих минут ему не удавалось стряхнуть ее. Наставник поднял изуродованную руку и безразлично посмотрел на обнажившиеся белые кости и переплетенные между собой пучки вен и сухожилий. Ромул тоже посмотрел. Не хотел, но любопытство оказалось сильнее страхов. Набухшие вены пульсировали, и внутри них текла черная кровь. Конечно это могла быть игра света, обман зрения… Ромул поднял испуганный взгляд на наставника.

– Никогда больше не смей прикасаться ко мне, – донеслись до него монотонные слова. В них не было ни боли, ни раздражения. Казалось, что в них нет даже жизни – просто мертвые звуки.

Ромул судорожно сглотнул, заставляя себя не опускать глаза и не смотреть на изуродованную руку.

– Будем считать, что ты понял, – произнес наставник и продолжил движение к крохотной келье, которая с этого дня должна была стать для Ромула новым домом.


Это место называли «Школа третьей ступени». Подобное было странным, так как в институте Рашилайи всегда было только две ступени: начальные классы и готовящиеся к выпуску ученики. Промежуточных ступеней тоже не существовало – Ромул знал это, потому что как раз сейчас сам находился на этапе, когда наставники могли в любой момент перевести его к старшеклассникам. Да и не только его: Найдо, Плиора и даже предатель Новлен могли по решению наставников подняться на вторую ступень. Конкретных сроков и нормативов не существовало. Когда придет время – решали наставники. Они могли как повысить, так и понизить ученика. На Рохе Ромул знал мальчика, который просидел в классе первой ступени до совершеннолетия. Считалось, что наставники не выгоняют его, чтобы он служил примером для других – если ты не будешь добиваться успехов, то лучше и не приходить в институт Рашилайи. И неважно каких успехов добились твои родители, хоть стали наставниками, поблажек не будет.

– Хотя, все это работало на Рохе, – тихо сказал Ромул, оглядывая свое новое жилище. – На Андере, похоже, правила древних никто не собирается соблюдать.

Он заставил себя отойти от двери. Не было смысла проверять заперта она или нет – щелчок замка раздался слишком громко, чтобы оставались сомнения.

– Окно! – оживился Ромул.

Пересек крохотную келью и раздернул тяжелые занавески. Надежда вспыхнула и погасла – кирпичная кладка недобро пялилась на него из оконного проема. Впрочем, если судить, как долго они спускались, то… Понимание того, что находится глубоко под землей, каким-то странным образом помогло успокоиться – по крайней мере, келья не была камерой. К тому же здесь были стол, стул, кровать и стеллаж с книгами. Последнее заставило Ромула нахмуриться – никогда прежде он не видел столько древних манускриптов.

– Да это ведь копии! – пораженно отметил мальчик, пролистав несколько книг.

На Рохе наставники заставляли учеников регулярно посещать библиотеки, запрещая делать копии древних источников знаний. Что касается текстов стоявших на полках книг, то здесь тоже было не все гладко – большая их часть на Рохе находилась либо под запретом, либо библиотекари требовали специального разрешения, чтобы получить нечто подобное.

– Все это неправильно! – прошептал Ромул, наткнувшись на копию книги, за чтение которой на родной планете его бы сразу выгнали из института Рашилайи.

Вся печатная продукция была новой и пахла типографской краской, но у него возникло ощущение, что руки стали грязными, после того, как он прикоснулся к этим книгам.

Сев на кровать, Ромул вытер пальцы о жесткое одеяло. Спать не хотелось, но чем заняться, он так и не смог придумать до утра.

Наставник пришел затемно – Ромул понял это, когда его вывели во двор, где группа взрослых учеников проводила занятия, пытаясь взять под контроль кришалей.

– Эти крохотные создания умеют замедлять время для любого живого существа, оказавшегося в их окружении, – пояснил молодой наставник по имени Сейк – тот самый, что привел вчера Ромула в отделение школы третьей ступени.

– Я знаю, на что способны кришали, – сказал Ромул и тут же покраснел, вспоминая свой недавний проступок, когда едва не пострадали его друзья.


– Скажи, интересно ли тебе то, что ты видишь? – спросил наставник Сейк.

Ромул около минуты наблюдал за учениками и кришалями, затем качнул головой.

– А телепатические способности бергов?

– Берги – монстры.

– Я не спрашиваю тебя о том, что ты думаешь о бергах. Вопрос касается изучения их способностей.

– Я ничего не понимаю в телепатии… – Ромул нахмурился. – Если честно, то я вообще мало в чем разбираюсь и… И я не понимаю, как оказался в школе третьей ступени… Хотя, что такое третья ступень, я тоже не понимаю… На Рохе ничего подобного не было. Даже многие книги из тех, что стоят на полках в моей келье, там находятся под запретом…

– Этот проект создан с участием высших органов власти Роха, – оборвал мальчика на полуслове Сейк. – Он призван выявлять и поощрять учеников с выдающимися способностями.

– Причем тут я?

– У тебя образовалась устойчивая связь с группой мертвецов, души которых, вопреки законам, не покидают мир живых.

– Это не группа мертвецов, а мои родители! – вспыхнул Ромул.

– Тем не менее, даже родственников не удавалось удерживать так долго вдали от дороги в Деревню Мертвых, – наставник Сейк жестом предложил вернуться в закрытое крыло института. – Не знаю, во время учебы на Рохе проходил ты или нет догматы древних, но там говорится, что появление особенных людей неизбежно. Благодаря этому будет происходить постепенное развитие и познание мудрости вознесшейся расы номмо, оставившей нам великие знания, мудрость мироздания, которую им удалось постичь.

– Нас заставили выучить эти догмы сразу, как только мы начали учиться, – безрадостно сказал Ромул, вспоминая, как непросто ему дались те откровения древних, кажущиеся ребенку абсолютно ненужной информацией. Впрочем, Ромул и сейчас не особенно понимал их ценность.

Оставленные Номмо догмы являли собой в основном перечень табу и предостережений. В результате этого многие книги, оставались под строжайшим запретом. Например, Книга Мертвых. Знания, хранящиеся в ней, могли научить не только вызывать души усопших для недолгого разговора, но и вернуть их к жизни. Когда ученик, пересказывая догмы Номмо, доходил до этого момента, то наставники обрывали его и объясняли, что когда-то знания древних о том, как вызвать душу недавно усопшего для недолгого разговора, тоже находились под запретом, потому что Номмо определили четкую систему, согласно которой должны развиваться ученые Роха. В противном случае их ждут такие беды и потрясения, что дальнейшее существование расы может оказаться под угрозой. Следование же установленной схеме обеспечивает постепенное развитие, в конце которого, жители планеты Рох смогут разорвать связь с материальным миром и вознестись, как это произошло с Номмо.


– Беда в том, что древние не думали об изученной плоскости мира, как о целой системе, – произнес наставник Сейк. – Их заботили только гартриды, которых они выбрали в качестве наследников. Древние хотят, чтобы мы прошли такой же путь, как они, но границы жизни давно стали шире. Подпространство способно объединить миры в однородную систему. Номмо желали жить в изоляции. Представители Роха давно ушли от этих ксенофобских взглядов, – неожиданно Сейк положил руку на плечо Ромула. – Твои родители ведь строили железную дорогу, объединявшую миры изученной плоскости, мечтая сорвать занавес самоизоляции Роха.

– Моих родителей убили за то, что они нарушили правила гартридов, – не смог скрыть обиды Ромул.

– Верно… И теперь ты их видишь, позволяя оставаться между миром живых и миром мертвых, нарушая еще один запрет… – Пальцы наставника сжали съежившемуся мальчику плечо. – Многие в совете института Рашилайи считают, что это может быть знаком.

– Знаком для чего? – спросил Ромул, подсознательно понимая, о чем речь.

– Знаком идти дальше, – помог ему наставник.

Он убрал руку с плеча Ромула, оставив, как казалось мальчику, синяки – отпечатки костей, скрытых кожаными перчатками.

– Здесь, на Андере, мы построили то, на что не могли решиться, пока институт находился на Рохе, – продолжил Сейк. – Многие верят, что школа третьей ступени сможет вывести изученные миры на новый уровень существования, указав собственный путь развития, отличный от пути Номмо, потому что у каждой расы должна быть своя судьба.

Из этой пафосной речи Ромул вынес не так много, как хотели от него. Сказать по правде, мальчик понял лишь одно – снова он во что-то влип. Сейчас больше всего хотелось поговорить об этом с друзьями, но его держали одного. Время от времени приходили наставники и подвергали Ромула ряду непонятных ему экспериментов, которые он к своему скрытому удовольствию с треском проваливал. И без того хмурый Сейк становился мрачнее и мрачнее. Лишь однажды его глаза вспыхнули интересом. В тот момент Ромул рисовал на каменном полу непонятные ему знаки древнего заклинания. Впрочем, наверное, никто не знал природы и назначения этих пришедших из далекого прошлого символов. Новым наукам вообще свойственно рождаться из хаоса, интеллектуального сумбура энтузиастов, открытия которых превращаются в трамплин для серьезных научных исследований. Главную роль в подобных вещах играет любопытство. В данном случае любопытными были наставники. Ромул же превратился в некий инструмент, способный помочь им удовлетворить свое любопытство. И в тот момент, когда глаза Сейка вспыхнули возбуждением, мальчик испытал страх. Начертанные им символы неожиданно ожили, и начали перемещаться по каменному полу.

– Это не я! – вытаращил глаза Ромул, уставившись на Сейка.

Наставник не услышал его. Не моргая он вглядывался в изменившиеся знаки, пытаясь разобрать, что они значат, но смысл ускользал он него. Казалось еще немного и новая истина откроется…

– Думаю, будет лучше остановить это, – неловко произнес Ромул, когда воздух в келье начал колебаться, формируя нечеткие образы чего-то потустороннего.

Температура резко поползла к нулю. Теплое дыхание белыми клубами пара вырывалось изо рта мальчика.

– Ромул! – услышал он протяжное завывание, похожее на свист ледяного ветра в заснеженных горах.

Страх сжал сердце, а холод потустороннего мира впился в кожу тысячами крохотных игл.

– Ромул! – снова послышался заунывный глас.

Далее выносить происходящее стало невозможно. Преодолевая оцепенение, Ромул бросился к двери. Прочь из кельи! Он дернул за ручку. Один раз, другой. Когда Сейк успел запереть замок?

– Ромул!


Мальчику показалось, что кто-то тронул его за плечо – ледяная рука, которая не могла принадлежать никому из мира живых. Крутанувшись на месте, он прижался спиной к двери, тщетно пытаясь разглядеть в колебаниях воздуха силуэт враждебного незнакомца. А в том, что незнакомец враждебен, Ромул не сомневался.

– Перестань бояться и поговори с ними, – услышал он требования наставника.

– С кем с ними? – дрожащим голосом пролепетал Ромул.

Он так сильно вжимался в дверь, что спина начала болеть. Холодный пот покрывал тело. И голос… Ох уж этот заунывный голос потустороннего мира.

– Это что… Это мертвецы?

– Думаю, это стражи, – голос наставника искажался, с трудом преодолевая расстояние в пару шагов, разделявших его и мальчика. – Дороги мертвых проходят сквозь все миры изученной плоскости. Не только для живых существуют законы и правила. Когда-то преступники несли наказания и после смерти. Их отправляли в специальные резервации. В пути за их заблудшими душами присматривали стражи. Принято считать, что правила распространялись на представителей расы Номмо. И сейчас, не смотря на то, что древние покинули наш мир, многие считают, что стражи остаются где-то в субслоях реальности, дожидаясь часа, когда их услуги снова будут востребованы. Сейчас, полагаю, ты говоришь с одним из них.

– А что, если я не хочу этого? – дрожащим голосом спросил Ромул, с трудом уловив суть услышанного.

– Хватит думать только о себе, мальчишка! – потерял самообладание Сейк. – Неужели ты не понимаешь, что на кону стоит намного больше, чем твоя короткая жизнь… – Он собирался сказать что-то еще, но его прервал голос, раздававшийся по ту сторону вибрирующего воздуха.

– Номмо не оставили нас, – донеслись зловещие, звучавшие на распев слова.

– Что? – опешил наставник. – Ты слышишь нас?

– Я слышу его, – долетел далекий ответ. – Его мысли.

Воздушные массы сформировались в человеческую кисть, сжатую в кулак, указательный палец которой вытянулся в направлении Ромула.

– Но почему его? – спросил Сейк. – Чем он отличается от нас? Эти заклинания пытались задействовать и более опытные представители института Рашилайи. Как так вышло, что они открылись этому мальчишке?

Наставник уставился сначала на сформировавшийся из воздуха указующий перст, затем на Ромула, вспомнив, что страж общается с ним через ученика.

– Он нарушил правила мира мертвых, – раздался запоздалый ответ. – И теперь… – голос утонул в треске.

Температура понизилась еще больше. Рука стража начала обрастать льдом. Теперь она не указывала на Ромула, а тянулась к нему. Воздух в помещении стал таким холодным, что начал обжигать легкие. Словно выброшенная на берег рыба, Ромул пытался сделать вдох, но не мог. Он не знал, что случится, когда рука дотянется до него, но ничего хорошего ждать не приходилось. Если бы он чуть лучше учился, проявлял интерес к внеурочным занятиям, как это делала Найдо, то, возможно, и знал бы что-то определенное о стражах, а так… Так можно было полагаться лишь на инстинкты, а инстинкты советовали ему бежать как можно дальше от сюда. Но бежать было некуда. Дверь заперта, а ледяная рука все ближе и ближе.


Неожиданно глаза ослепила яркая вспышка белого света. Ромул вскрикнул, решив, что страж добрался до него, извлек из тела душу (или что там происходит в подобных случаях?). Игнорируя слепящий свет, Ромул силился открыть глаза. По щекам катились слезы, тут же превращавшиеся в крохотные льдинки. Помещение заполнили яростные порывы ветра, сорвавшего с полок древние книги и бросившего их в стены.

– Помогите мне! – закричал Ромул, обращаясь к наставнику, но свистящий ветер заглушил его слова.

Оставалось лишь протянуть к наставнику руку, надеясь на защиту. Но как это было сделать, когда между ними находился страж?

– Помо… – кто-то или что-то сдавило Ромулу горло, заставляя оборваться на полуслове.

Слепящий глаза свет погас. Ветер стих. Даже холод перестал обжигать кожу. Ромулу показалось, что время замерло. Вся жизнь замерла, включая собственное тело, потому что он не чувствовал ударов сердца, бешено бьющегося в груди мгновением ранее.

– Я… Я умер? – голос эхом унесся куда-то вдаль, а затем вернулся тихим шепотом. – Что… Что это за место?

Ромул вертел головой, пытаясь разглядеть хоть что-то, но вокруг была только тьма.

– Эй! – закричал он. – Есть тут хоть кто-нибудь?

В густой темноте, где-то с краю, едва уловимая боковым зрением, мелькнула тень, еще более черная, чем тьма вокруг. Ромул попытался убежать, но ощущение пространства, казалось, не действует в этом месте. Как бы быстро он не двигался, сколько раз не менял направление движения, тень всегда оставалась где-то рядом, позволяя замечать себя лишь краем глаза.

«Нужно перестать боятся», – пронеслась в сознании мысль, которая принадлежала и не принадлежала ему одновременно, словно кто-то отыскал в его воспоминаниях фрагменты из детства, когда он учился не бояться тьмы.

Свет выключен, комната пуста, и он один на один со своими страхами. Когда Ромул был ребенком, отец сказал ему, что только так можно стать храбрым. Сейчас он чувствовал, что должен поступить подобным образом. Ромул не знал зачем. Не знал до тех пор, пока не прекратил бежать, пока не остановился и не позволил тени догнать себя. В тот самый момент в сознание пришла мысль, что он сделал это для того, чтобы получить ответ.


– Кто ты? – спросил Ромул, продолжая наблюдать за тенью боковым зрением.

Без ответа.

– Что это за место? Как я оказался здесь? Куда подевался страж?

Тишина.

– Я… Я смогу вернуться в свой мир? – Ромул выждал несколько долгих минут. – Мне придется остаться здесь? Это конец?

– Конец? – услышал он насмешливый мужской голос. – О! Боюсь, для тебя, мой юный ученик, это только начало.

– Начало? – Ромул заставлял себя не повернуться, не пытаться оказаться с тенью лицом к лицу. – Вы… Вы страж?

Смех: громкий, заливистый.

– Тогда… Тогда кто вы?

Смех стих. Тишина: зловещая, гнетущая.

– Ответьте мне! – неожиданно разозлился Ромул. – Хватит играть со мной!

– Играть? – послышался где-то совсем рядом мужской голос. – Мой юный ученик, полагаю это ты слишком долго играл, оставаясь беспечным ребенком и не желая познавать древние истины. Иначе ты бы смог понять, кто я. Взять хотя бы твою подругу. Найдо. Так кажется? Вот она бы точно отгадала кто я. Или твой несносный друг Новлен…

– Он мне не друг! – вспыхнул Ромул. – И уж он бы точно не отгадал.

Ромул заметил, как тень снова начала перемещаться, пытаясь оказаться у него за спиной. Он попробовал обернуться, но тень была проворней. Впервые с момента ее появления, он потерял ее из виду. От понимания этого по спине побежали мурашки.

– А как же уроки отца, помогавшие бороться со страхами? – прозвучал глумливый вопрос.

– Откуда вы знаете…

– Мой юный ученик, я знаю о тебе даже больше, чем знаешь о себе ты сам.

– Хватит говорить загадками!

– Загадками? Поиски загадок и их решения – это удел молодой расы. Я же слишком стар для этого.

– Насколько стар? – в голове Ромула мелькнула призрачная тень догадки.

– Все верно, – сказал кто-то за его спиной. – Не стесняйся. У тебя пытливый разум. Нет смысла задав вопрос, избегать ответов.

– Вы… – нет, Ромул не мог произнести подобное вслух.

– Ну же, – подначивал его мужской голос.

– Вы Номмо? – произнес Ромул почти одним губами.

Смех, неожиданная тишина, усталый вздох.


– Как же долго ты соображаешь, мой юный ученик, – услышал Ромул. – Недавно ты собирался встретиться с Мастером Ремесел и спасти своих родителей. Только что ты чуть не погиб от рук стража… В общем ты был таким решительным, напористым. Готов был отправиться в Подпространство, а сейчас не можешь признать очевидную истину?

– Но наставники говорят, что Номмо оставили наш мир.

– Не все.

Тень за спиной Ромула снова переместилась. Или же это была другая тень. Десятки теней окруживших его. А может все это пространство состояло из теней?

Ромул закрыл глаза и затряс головой, прогоняя наваждение.

– Верно. Нас не так много.

– Но…

– Хватит «но»! – раздался раздраженный мужской голос за спиной. – Хочешь получить ответы, читай книги, как твоя подруга.

– Но…

– Да что же это такое! Ты вообще зачем пришел сюда? Я что похож на одного из твоих наставников?

– Я вообще-то не приходил сюда, – осторожно напомнил Ромул. – Я вообще не знаю как, зачем и почему оказался здесь.

И снова гнетущая тишина.

– Эй, – настороженно позвал Ромул.

– Да здесь я, здесь, – отозвался мужской голос.

– Я все еще жду ответа, – произнес Ромул, выдержав небольшую паузу.

– Поиски ответов, мой мальчик, – это сила, которая заставляет мир вращаться. Так, кажется, говорят ваши наставники? Ни один важный вопрос не предполагает легкого получения ответа. Нужно быть готовым прилагать усилия, выкладываться и может быть, тогда…

– Так ты хочешь, чтобы я сделал что-то для тебя? – оживился Ромул, обрывая номмо на полуслове.

– Сделал? Да. Для меня? Нет. Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для себя, мой юный ученик.

– И что именно я должен сделать?

Тяжелый вздох нарушил гудящую тишину.

– Чтобы узнать это, мне тоже нужно приложить усилия? – догадался мальчик.

Ответа не последовало, но тьма начала расступаться, словно подчеркивая верность его суждений.

– Намекни, хотя бы, что я должен искать, – крикнул Ромул, но голос его утонул в тающем мире, став таким же хрупким, как мрак вокруг.

Глава восьмая


Оставьте комментарий!

grin LOL cheese smile wink smirk rolleyes confused surprised big surprise tongue laugh tongue rolleye tongue wink raspberry blank stare long face ohh grrr gulp oh oh downer red face sick shut eye hmmm mad angry zipper kiss shock cool smile cool smirk cool grin cool hmm cool mad cool cheese vampire snake excaim question

Регистрация на сайте не обязательна (просьба использовать нормальные имена)

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Site4WriteAuth.

(обязательно)

| Horror Web