Вина

Вина

Скачать сборник

1

Анита Бейтс умирала. Медленно, неспешно. Словно желая показать супругу, как утекает из нее жизнь, заставить его смотреть и винить себя. Так, по крайней мере, казалось ему – Тайлеру Джонсону, ведущему специалисту ядерной электростанции в штате Пенсильвания. Бывшему специалисту. После того, как на его рабочем месте пострадал посторонний человек, он стал просто Тайлером Джонсоном, временно безработным мужем известной художницы, которая получила большую дозу радиации, в результате халатности мужа. Как-то так, по крайней мере, писали газеты. Писали в первые полгода. Затем об Аните Бейтс забыли. Даже художественные выставки вычеркнули ее имя из списка приглашенных. Все знали – она не выкарабкается, смерть достанет ее, уже достала, осталось ждать, когда смерть устанет играть с ней в свою странную игру. Знала это и Анита. Знал и Джонсон. Знал и не мог смотреть, как жена медленно угасает.

Три года. Три долгих года, за которые она успела создать еще десяток картин, тут же купленных налетевшие стервятники-коллекционеры. За последней картиной тоже выстроилась очередь, но Анита не успела ее закончить. Жизнь оставила ее. Джонсон получил около сотни предложений, чтобы продать картину, но отказался. Он решил, что лучше будет оставить картину, повесив на стену, как вечное напоминание своей вины.

2

Когда Анита еще была жива, она выступала на суде, защищая мужа, взяла всю вину за случившееся на себя, но Джонсон все равно получил три года условно. Ее смерть и окончание полученного срока почти совпали, ударив Джона словно пощечина. Сделали это и газеты, назвав его везучим убийцей. Он получил свободу. Он получил деньги своей супруги. Даже ее последняя картина осталась у него, и цена на нее обещала только расти с годами. Картина, на которую Джонсон смотрел каждый вечер и каждое утро, напоминая себе о том, что он сделал. Смотрел до тех пор, пока не увидел, что картина изменилась, словно кто-то решил продолжить рисунок…

Продолжить рукой Аниты. Именно Аниты, потому что Джонсон знал ее почерк. Знал так хорошо, что просто не мог ошибиться. Но ведь Анита была мертва. Тогда кто? Призрак? Никогда прежде Джонсон не верил ни во что подобное, но видя, как картина становится с каждым новым днем все более и более сочной, начинал верить. Верить, как никогда.

3

Сначала он думал, что это кара, месть усопшей за его халатность, за то, что не смог уберечь ее. Затем на картине стали появляться странные детали, которые не планировались Анитой прежде. Лица, пейзажи. Джонсон видел, как первоначальный замысел супруги изменяется. Теперь это стало нечто совершенно другое. Нечто странное. Нечто из прошлого. Из прошлого Аниты: темного, молодого и безрассудного.

Они познакомились, когда Аните было тридцать, и она никогда не оглядывалась, не вспоминала о том, что было с ней прежде. Не вспоминал и Джонсон, считая, что у него, как у мужчины, в прошлом должно остаться ни как не меньше шальных и безрассудных поступков, чем у жены, но… Но глядя на рисунки, показываемые картиной, он начинал убежадаться в обратном. Анита Бейтс, которую он знал, и Анита Бейтс, которая прожила до него свои тридцать лет были так сильно различны друг от друга, словно ад и рай, попытавшиеся в годы жизни с ним стать одним целым.

4

Вначале Джонсон испугался за Аниту и начал винить себя сильнее за то, что едва она начала нормальную жизнь, по его вине эта жизнь закончилась. Но затем пришли сомнения. Что если Анита не изменилась? Что если это был просто способ для нее отвести от себя подозрения? Выйти за него замуж и очистить свое имя? Разве может человек измениться так сильно? Хитрый человек, расчетливый, коварный и не совсем здоровый психически, если верить рисункам. А Джонсон им верил. И они, словно благодаря его за это, все больше и больше приоткрывали завесу, за которой скрывалась темная сторона усопшей супруги, ее грязное, пропахшее гнилой богемной жизнью прошлое.

Он видел знакомые лица людей, участвовавших в омерзительных оргиях. Узнавал детали о тех, кого считал почти идеалом, и чувствовал, как в нем поднимается гнев, ненависть, а затем, когда чувства перегорели, непонимание. Зачем эта картина открывает ему подобные тайны? Или же не картина? Что если это открывается перед ним сама Анита, не желая, чтобы он винил себя в ее смерти? Что если она показывает ему, что он должен отпустить ее, что она уже взяла свое. Взяла от жизни, от мира, от мужчин и от женщин. От искусства. Даже от него. И теперь он может быть свободен, как был до встречи с ней.

5

Джонсон снял со стены картину и вынес ее на задний двор. Было лето и в мусорных баках роились жирные мухи, ползая по недоеденным остаткам пищи. Именно туда Джонсон и выбросил картину. Мухи зажужжали, поднялись в воздух, снова вернулись в мусорный бак, облепили новый предмет, проверяя его на съедобность…

Джереми Малкахи – молодой фотокорреспондент, которого меньше месяца назад уволили за безделье, спустился со своего убежища на старом дубе, где сидел последние три дня, и начал медленно пробираться к мусорным бакам. Он надеялся, что ему удастся сделать несколько разоблачительных фотографий и вернуть себе прежнее место работы. Надеялся, что как только шум вокруг похорон известной художницы уляжется, ее муж расслабится и совершит ошибку. И в этот момент он, Малкахи, будет рядом. Будет держать этого хладнокровного убийцу в кадре, чтобы запечатлеть все, что выведет его на чистую воду. Такой была надежда.

И когда он крался к мусорным бакам, то уже чувствовал, как обнаружит что-то очень важное. Поэтому Малкахи сделал предварительно несколько снимков и только потом открыл крышку, снова нажал на спуск. Камера щелкнула. Малкахи замер, увидев картину, о которой так много говорили последнее время. Незаконченную картину знаменитой художницы. Картину, выброшенную ее мужем сразу после похорон. Картину безбрежного моря и крохотного парусника на его волнах. Картину, которую фотограф не понимал, но знал, что она стоит безумных денег.

Малкахи сделал несколько дюжин снимков. Руки у него дрожали. Он не знал, имеет ли право достать картину, или должен оставить ее здесь. Лишь в одном он был уверен – работу ему обязательно вернут. Он подошел к окну и заглянул в дом усопшей художницы.

Ее муж сидел на диване со стаканом в руках и улыбался своей свободе. Улыбался впервые за последние месяцы, а возможно и годы.


Комментариев: 2 RSS

Какая классная история, Виталик, такое остается послевкусие... Мне показалось, что каждый в этой картине видел созвучное со своим внутренним миром. Так ведь? Спасибо за красивое и эмоциональное произведение!

Оставьте комментарий!

Регистрация на сайте не обязательна (просьба использовать нормальные имена)

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

Авторизация Site4WriteAuth.

(обязательно)

Site4Write: сайты для писателей